– А куда мы едем?

– На дачу, сынок, мы теперь будем жить там.

– Почему?

– Потому что.

– А бабушка? Тетя? А моя школа?

– Ну мы же не навсегда – она улыбнулась, - уже скоро вернемся обратно, а бабушка и тетя приедут к нам.

Мы продолжали ехать дальше, повсюду было множество людей, которые бегали из стороны в сторону, кто-то кричал, другие лазали по обломкам домов и рыдали. Вскоре мы покинули город и выехали на длинное шоссе по направлению к нашей даче, я посмотрел в окно и увидел, как вдалеке разрушаются дома, поднимается пыль. Город разрушался на глазах.

Я резко проснулся. Выпил воды. Глянул на часы. 03:40.

Дальше еще порядка часа я не мог уснуть. В голову бесконечно лезли мысли о предстоящем походе и словах бармена. Меня и других выживших всегда интересовало, что же произошло двадцать лет назад. Почему с нами с тех самых пор никто так и не связался, да и что вообще творится в мире сейчас, однако узнать этого мы не могли. На протяжении всего этого времени множество людей пытались выбраться из так называемых Окрестностей, однако еще никому не удавалось, поэтому на протяжении уже долгих двадцати лет вся наша жизнь сосредоточена вокруг города Новокузнецк. Окрестные деревеньки стали местом жительства выживших людей. Абагур – куда мы планируем отправиться является так называемым поселком городского типа и в нынешнее время новым центром жизни, куда стекаются большинство людей разных профессий и занятий. Поселок почти не пострадал от землетрясения, и местные власти организовали там неплохую оборону от тварей. В Абагуре есть все – от баров до церквей, при этом сама его площадь не особо большая. Рядом расположился поселок Притомский. После катастрофы он был почти полностью затоплен, так как находился в окружении множества озер и рек, однако небольшой клочок земли уцелел, как и уцелел местный карьер, куда из Абагура до сих пор отправляются рабочие для добычи угля и других полезных ископаемых. Тем не менее место считается достаточно гиблым, несмотря на то что вода со временем немного ушла территория Притомска и рядом с ним продолжала считаться опасным местом.

При этом оба поселка находятся очень близко к черте города, а сам он окружен тем самым густым туманом, но поговаривают, что иногда через него виднеются очертания некогда большого города.

Наша миссия кажется мне невыполнимой и глупой. Мы полагаемся исключительно на удачу и слова бармена Игоря, никто не даст гарантий, что тот человек, который нам нужен действительно знает хоть что-то о проходе в город. Нет даже гарантий, что все эти легенды являются правдой, но мне безумно хочется верить, что это не так и мы что-то узнаем. Некоторые уверены, что разгадка произошедших двадцать лет назад событий спрятана именно там, а вместе с разгадкой все мы сможем и покинуть его и окрестности. Другие, помимо этого, надеются еще и разбогатеть, получив доступ к новой территории одними из первых. Поэтому и я верю, потому что верить здесь больше не во что.

Мы проснулись в семь утра и пока на улице постепенно рассветало, быстро позавтракав, вышли из гостиницы и направились на север к местной железнодорожной станции.

– Так, нам сейчас просто прямо по рельсам порядка двух часов, затем сворачиваем к Малиновке, так? – идя впереди задал вопрос Мех.

– Угу, жаль, поезда и электрички не ходят, сейчас бы с ветерком добрались – глядя вдаль ответил я.

– Да уж, ни одной не уцелело, да и ток по проводам хрен пустишь.

Мы шли по рельсам уже порядка полутора часов, погода была достаточно солнечная и теплая для конца сентября, что не могло не радовать. Вокруг шли бесконечные поля и леса, один раз мы прошли мимо небольшой деревушки всего с пятью домиками, откуда были слышны звуки похожие на рычание одичавших собак, и мы поспешили пройти это место побыстрее.

– Так, вот тут же поворот на Малиновку? – остановившись задал вопрос Мех.

– Да, минут через десять должны будем увидеть ее очертания.

Действительно, через десять минут перед нами появилась Малиновка, одна из обычных многочисленных деревень в Окрестностях, однако в данном случае она играла важную роль так как была важным перевалочным пунктом по дороге в Полосухино. Существовал и второй путь туда, однако вел он через мертвые топи, которые были не самым приятным местом для посещения.

Подходя ближе, я заметил странности, прямо по центру дороги, где был оборудован небольшой блокпост стояло несколько солдат, на лицах у них были защитные маски, закрывающие нос и подбородок. Когда мы подошли на расстояние нескольких метров солдаты внезапно наставили на нас оружие.

– Стоять охотники. – сказал солдат, стоящий по центру. – Территория Малиновки временно закрыта на карантин. Проход закрыт.

– Мужики, какой карантин? Нам дальше в Полосухино надо, мы просто мимоходом.

– Повторяю, проход запрещен. Действует карантин.

– Слушайте, может подробности хоть какие, то есть? – спросил Мех.

– Вспышка сибирской язвы. Работают специалисты. Проход запрещен. Парни, по-хорошему прошу, идите отсюда.

– Ладно, ладно, - ответил я.

Мы развернулись и пошли в противоположном направлении.

– Что за ерунда? – оглядываясь спросил Мех. – Нам еще вспышек язвы не хватало тут для полного удовольствия.

– У нас в области было много захоронений Сибирской язвы, проводники до сих пор находят разрытые места ее хранения. После землетрясения думаю много какой гадости могло выйти. Только странно, что только сейчас это все происходит. – ответил я.

– Черт, ладно. Мы то, что делать будем? Через топи пойдем?

– Есть еще варианты? Другого прохода дальше нет. Ждать мы тоже не можем. Придется идти через них.

– Ненавижу это место. – Мех пощурился и сделал недовольное лицо.

– Мало кто его любит, но оно отнюдь не самое опасное, что есть в окрестностях, не так ли? Да и мы там бывали не раз уже.

– Не спорю, но все равно, еще и время потеряем, через Малиновку было бы куда быстрее.

– Что есть, то есть, так, ладно. Нам обратно по дороге и затем дальше по путям в обход Малиновки, так же?