В какой-то момент я робко спрашиваю, могу ли сама разработать дизайн своего свадебного платья.

— Конечно! — отвечает Адриано.

Я годами делала эскизы, создавая платье своей мечты.

Белый шелк… жемчуг, пришитый к лифу… маленькие петельки в головном уборе, чтобы держать бутоны белых роз на фате…

Теперь это должно стать реальностью.

Братья Розолини заплатили восемьдесят тысяч евро лучшим швеям Флоренции, чтобы все было готово к сроку.

Я совершенно ошеломлена.

— Почему мы так торопимся? — спрашиваю я.

— Что, ты не хочешь выйти за меня замуж? — шутит Адриано, притягивая меня к себе и обнимая за талию.

— Нет, просто это так стремительно!

— Есть два типа мафиозных свадеб. Те, где помолвка длится годами — потому что семьи не доверяют друг другу, или брак по расчету, но никто не хочет его заключать, или еще по какой-нибудь причине. А еще есть все остальные свадьбы. Они происходят так быстро, как только возможно.

— Почему?

— Потому что никто из нас не знает, что будет завтра… и мы хотим выжать как можно больше счастья из того времени, которое у нас осталось.

У меня по спине пробегает легкий холодок, когда он это произносит…

Потому что я уже не один раз пережила это.

Перестрелка в отеле…

Преследование во Флоренции…

Похищение Меццасальма…

Я чуть не погибла в автокатастрофе.

В словах Адриано я вижу много мудрости.

И хотя он уверяет меня, что люди Меццасальма больше не представляют для нас угрозы…

Я решаю, что мне нравится философия моего жениха.

— Хорошо, — соглашаюсь я. — Давай сделаем это как можно быстрее.

Глава 99

Бьянка

Наступает знаменательный день, и он прекрасен.

Приходят все мои друзья из школы дизайна…

Как и дюжина друзей моих родителей.

Алессандра становится моей фрейлиной, а моя соседка по комнате Эмма — подружкой невесты.

Дарио является помощником Адриано, а Массимо — шафером жениха.

Но, как ни странно, кроме братьев, со стороны Адриано присутствует не так много людей. Приезжают только давно потерянные родственники Алессандры из Генуи.

Никколо объясняет мне, пока Алессандра в последний раз проверяет мое платье.

— Обычно у нас бывает много гостей, — говорит Никколо. — Люди, которых, как ты надеешься, ты больше никогда в жизни не увидишь, — члены других семей.

— Мафиозных семей, — уточняю я.

Он вздыхает.

— … Cosa Nostra, да.

Я замечаю, что он не любит называть их «мафией». Вместо этого он всегда говорит Cosa Nostra.

— Моя свадьба была самым странным событием в жизни, — рассказывает Алессандра. — Все эти незнакомые люди вокруг меня, некоторые из которых хотели смерти Дарио.

— Зачем же они тогда пришли? — изумленно спрашиваю я. — И почему ты им позволила?!

— Это дипломатия, — объясняет Никколо. — Мы как кучка воюющих государств, которые объявляют перемирие на время свадьбы. Мы появляемся… выражаем свое почтение… а на следующий день возвращаемся к попыткам убить друг друга.

— Замечательно, — бормочу я.

— Не так ли? — говорит он с саркастической веселостью.

— Тогда почему сегодня здесь нет ни одного представителя враждующего государства?

— Последствия ситуации с Меццасальма. Рим, Венеция, Италия, Милан и Неаполь все еще держат дистанцию, а все остальные боятся их разозлить. Они хотят сначала посмотреть, как все сложится. Поэтому… гостей гораздо меньше, чем обычно.

— Хм…

— Поверь мне — ты ничего не теряешь. Думаю, они действительно склонны дарить много денег в качестве свадебных подарков, но не волнуйся — мы вас прикроем.

Я смеюсь.

— Деньги сейчас волнуют меня меньше всего — никогда не думала, что скажу это.

Никколо улыбается.

— Как ты держишься?

Он имеет в виду мои травмы, полученные в автокатастрофе.

— Отлично. Я снова чувствую себя нормально. Мне лучше, чем Адриано.

Сломанные ребра моего жениха все еще причиняют ему боль. Врачи говорят, что до полного заживления должно пройти 12 недель.

— С ним все будет в порядке, — утверждает Никколо, отмахнувшись от этого. — Он крепкий.