Шрифт:
— Спасибо всем. — Я постучал костяшками пальцев по столу и встал, закончив собрание.
Мы с Тореном были последними в очереди на выход из аудитории. Я уже собирался направиться в свой кабинет, когда у меня в кармане завибрировал телефон с сообщением от Милли.
Целую
— Ребята, у вас все хорошо? — Торен толкнул меня локтем.
— Да, чувак. — Я кивнул. — У нас все хорошо.
Он грустно улыбнулся мне.
— Ты увольняешься, не так ли?
Как бы мне ни хотелось солгать, Торен увидел правду в моем взгляде.
— Я не буду заставлять ее отказываться от карьеры только ради того, чтобы я мог сохранить свою.
— Тогда, я думаю, нам лучше выиграть завтра. — Он хлопнул меня по плечу, а затем отошел, чтобы пообщаться с другими тренерами и посмотреть игры.
Черт возьми, я хотел выиграть эту игру. В последний раз я чувствовал себя так же перед Суперкубком.
Предвкушение завтрашнего дня было постоянным ощущением под кожей. Энергия била ключом, и с каждым днем она усиливалась. К завтрашнему утру я буду разбит вдребезги.
Единственное, что, казалось, могло успокоить мои нервы — это Милли.
В моем списке дел значились звонки, но вместо того, чтобы пойти к себе в офис, я вышел на лестницу и поднялся на второй этаж. Мне нужна была доза ее спокойствия.
Поэтому, несмотря на то, что это было рискованно, я подошел к ее кабинету, остановился у двери и прислонился к косяку.
Милли сидела за своим столом спиной ко мне, крутясь на стуле. Она что-то печатала на своем телефоне, и секундой позже зазвонил мой.
— Что ты мне написала?
Она резко обернулась и подняла глаза. Улыбка, озарившая ее лицо, заставила мое сердце замереть.
— Привет.
— Это то, что ты мне написала?
— Нет, я написала, что хочу пиццу на ужин. И что твоя задница отлично смотрится в этих джинсах.
Черт, я любил эту женщину. До появления Милли я даже не знал, что такое любовь.
Я хотел прожить с ней всю жизнь. Хотел видеть ее улыбку каждый день. Хотел наблюдать, как они с Джоуи красят ногти на кухонном столе. Хотел иметь еще детей. Еще одну дочь с темными волосами, как у Милли. Сына с ее карими глазами.
— Почему ты так смотришь на меня? — Ее щеки вспыхнули.
— Ты хочешь детей?
Она моргнула, и улыбка погасла.
— Хм?
— Дети. — Я оттолкнулся от двери и закрыл ее за собой, когда вошел в ее кабинет. Затем подошел к краю ее стола, сел и поднял ее со стула, поставив так, чтобы она стояла между моими бедрами. — Как на счет того, чтобы у нас были дети?
У нее отвисла челюсть.
— Форд.
— Я хочу большего, — признался я.
Она посмотрела мне в глаза, и шок на ее лице исчез.
— Двоих. По крайней мере.
— Будет сделано.
— Лучше раньше, чем позже.
— Согласен. — Вечером, когда я вернусь домой, я выкину ее таблетки из несессера (прим. ред.: несессер — специальный контейнер (сумка, барсетка, кошелёк, шкатулка, футляр и пр.) для мелких предметов). Затем освобожу половину ящиков в ванной, чтобы она могла сложить туда свои вещи. То же самое со шкафом.
— Мы что, только что решили завести ребенка? — прошептала она.
Я обнял ее и притянул к себе.
— Да.
Я привяжу ее к себе всеми возможными способами.
Из ее горла вырвался смешок, прежде чем она прижалась ко мне, уткнувшись лицом мне в шею.
— Как ты думаешь, Джоуи не будет против?
Я любил ее за то, что она подумала о моей дочери.
— Да, Миллс. С ней все будет в порядке.
Мы сделаем Джоуи братика и сестричку, с которыми она могла бы играть и, которыми могла бы командовать. Мы построим совместную жизнь, в которой будет все то, чего нам с Джоуи так не хватало. Милли.
Она отстранилась и взяла мое лицо в ладони. Затем прижалась своим ртом к моему, ее губы крепко прижались к моим.
На мгновение я позволил ей контролировать поцелуй, но, когда ее язык скользнул мимо моих зубов, я встал, обхватил ее руками и проник внутрь, подавив стон.
Руки Милли вцепились в меня, когда я поднял ее и понес к ближайшей стене. Ее ноги раздвинулись, обхватывая мои бедра, когда я прижал свой возбужденный член к ее лону.
Как бы сильно я ни хотел трахнуть ее в этом кабинете, я оторвался от нее и припал губами к ее горлу. Я лизнул кожу, ощущая сладкий вкус, затем нащупал пульс и пососал его. Сильно.