– Тогда Вы, вероятно, не знакомы с принципом договорных браков, – не упустила я возможности ответить мужчине той же монетой. – Не все девушки грезят замужеством, пусть, даже, с сыном герцога, – грустно усмехнулась я и с обидой отвернулась, готовая покинуть негостеприимную к аристократам псарню.

– Я не желал Вас обидеть, мисс, – донеслось мне в спину с некоторой задержкой. Но голос мужчины звучал искренне. – Мое имя Генри. Прошу простить, что не представился сразу, – улыбнулся мне мужчина вполне доброжелательно, когда я неуверенно обернулась. – Вы отлично справились с собаками, когда забежали сюда. Есть опыт? – заинтересованно прищурился он, меняя неприятную тему.

– Мой отец занимался разведением и селекцией. Теперь я продолжаю его увлечение, – застенчиво улыбнулась я и позволила обнюхать свою ладонь двум кобелям из ближайшей ко мне клетки.

– Серьезно? – в искреннем удивлении спросил мужчина, а после окинул меня придирчивым взглядом, остановив его на моих испачканных туфлях с откровенным скепсисом.

– Так трудно поверить? – с вызовом поинтересовалась я.

– Поймите, я не хотел оскорбить Вас, просто Вы… – начал он, сделав в воздухе жест рукой, как бы подбирая лучшее определение для моей внешности.

– Кто?

– М-мм… леди? – неуверенно озвучил он свой вариант, вызывая мою усмешку. – Разве Вы не должны учиться вышиванию, ведению хозяйства и охотиться за выгодной партией? Или чем вы, аристократки, до замужества занимаетесь?

– Я Вас удивлю, но не все аристократы одинаковы, – цинично усмехнулась я. – Взять хотя бы сыновей лорда Брауна.

– А что с ними? – изумленно моргнул мужчина и напрягся.

– Один – затворник, делец и трудоголик, второй – обалдуй, кутила и бабник. Два брата – две противоположности, выросшие в одной семье и от одних родителей. Но Вас так изумляет то, что аристократки из разных домов и семей могут отличаться интересами и воспитанием!

– С чего Вы взяли, что братья Браун такие? – нахмурился мужчина.

– По слухам, – пожала я плечами. – Но, судя по тому, что я сегодня видела, младший оправдывает свои мнимые заслуги. Потому, могу предположить, что и старший брат соответствует всему вышеописанному.

– То есть, вы замуж не планируете выходить? – помедлив, уточнил и прищурился Генри, задумчиво склонив голову к плечу.

– Почему же? – обиделась я. – Я не хочу выходить замуж за напыщенных хамов и самодовольных наглецов! Это, согласитесь, разное. То, что я не желаю иметь дело с Брауном, не значит, что на нем свет клином сошелся, – насупилась я, понимая, что уже болтаю лишнего. Высказаться мне хотелось, так почему бы не человеку, которого вижу в первый и, вероятно, в последний раз в жизни?

– То есть, Вы еще не нашли своего человека? Может, еще и его состояние не интересует? – снисходительно усмехнулся Генри.

– Моя семья достаточно состоятельна, чтобы не волноваться по такому вопросу, – криво усмехнулась я, понимая, что, хоть в этом мне сильно повезло. Спасибо почившему батюшке, что смог обеспечить дочерям достойное будущее, даже после своей смерти. Кто его знает, как бы жизнь обернулась, если бы у нас не было и гроша за душой?

Мужчина странно улыбнулся, окинул меня еще одним долгим взглядом, а после с участливым видом подался вперед.

– Думаю, господин Фредерик ушел уже достаточно далеко. Вам лучше вернуться к семье, мисс.

– Что же, вероятно, Вы правы, – отозвалась я, отрывисто кивнув и почувствовав обиду: даже псарь от меня шарахается, в то время, как озабоченные аристократы гоняются по пятам. «Изумительно»!

– Не переживайте, если господин вновь будет спрашивать о Вас, я собью его со следа, – успокоил меня Генри, заставив благодарно улыбнуться, прежде чем развернуться и потрусить в направлении большой, крытой веранды, прилегающей к дому, где оставила сестру и матушку.

– Всего доброго, Генри, – махнула я ему рукой, когда вышла на улицу из псарни. – Спасибо Вам за помощь.

– Всегда рад помочь, – со смешком отозвался мужчина, а после скрылся с глаз, возвращаясь к своим обязанностям.

На крыльце заметила, что туфли, все же, испачкала и с досадой чертыхнулась сквозь зубы. Поднялась по лестнице, быстро переставляя ноги, чтобы скрыть свою обувь, вошла в помещение и осмотрелась в поисках Мины и матушки, которые стояли в окружении других аристократок и что-то эмоционально с ними обсуждали. При моем приближении разговоры затихли, а матушка посмотрела на меня с облегчением и тревогой.

– Милая, мы волновались. Где ты пропадала?

Удивленно приоткрыла рот и наткнулась на напряженный взгляд сестры, которая пыталась мне что-то сообщить глазами.

– Я… – неуверенно начала я и посмотрела на матушку, виновато поджав губы: – Я нашла здесь псарню… – сообщила я, поправляя юбку, чтобы скрыть мыски испачканных туфель, но тем самым лишь привлекла к ним большее внимание.

Реакция родни была более, чем странной: Мина облегченно расслабила плечи и улыбнулась, почти с торжеством взглянув на почтенных дам, матушка же, вместо того, чтобы отчитать меня за неряшливость, выдохнула с облегчением и обняла за плечи. А вот три благородные дамы, наоборот, поникли плечами, скорбно поджали тонкие губки и разочарованно отвернулись, чтобы уйти.