Ученики вокруг зашумели. Их голоса слились в единое «У-у-у» и стали напоминать гул ветра в дымоходах.

– Вы слышали, мистер Граппин? – с ехидной усмешкой спросил какой-то мальчишка с клочковатыми черными волосами. – Что вы будете делать?

– Я думаю, мистер Кигги, коротконосый уродец вот-вот умоется кровью! – ответил Граппин и широко раскрыл свой рот-трещину, видимо, угрожающе.

– Ну давай! – Финч поднял кулаки.

– У-у-у-у-у-у-у-у… – завыли не-птицы со всех сторон. Судя по всему, они просто обожали драки.

Финч понял, что в Фогельтромм все так же, как и в его школе. Вообще никаких особых отличий: есть свои задиры, а есть свои чудаки. Ну что ж, он сейчас покажет местным задирам, из какого теста он сделан!

Но Граппин и Кигги не успели его как следует отделать, а так, вероятно, и было бы, поскольку ловкость и сила Финча не равнялись его гонору. Через передний ряд учеников протиснулась Кора.

– Финч? – удивилась она.

– Мисс Кнауэ, вы что, знаете его? – спросил один из мальчишек.

– Да! – гордо ответила Кора. – Это мой друг! Его зовут Финч! Он хороший!

Финч сомневался, что подобные наивные слова образумят задир, и он оказался прав.

– Он хороший! – рассмеялся Кигги, приятель Граппина. – Хороший-прехороший. И почти-почти убитый! И почти-почти побитый!

– Отстаньте от него! – Кора пригрозила маленьким кулачком мальчишкам, и те лишь громче рассмеялись.

– Маленькая мисс защитница коротконосого уродца!

Но у Коры были свои аргументы.

– А хороший Финч потому, – сказала она, – что он – воспитанник мадам Шпигельрабераух.

Мальчишки переглянулись и испуганно ринулись в глубь толпы. Прочие также поспешили сделать вид, что их больше в Финче ничего не смущает: мол, и нос у него нормальный, и с одеждой все в порядке.

Кора схватила Финча за руку и потянула его за собой, подальше от классов.

– Что ты тут делаешь? – спросила она. – А где Арабелла?

– Арабелла дома, – ответил Финч. – Она наказана. А я…

– Ты снова за кем-то следишь? – восторженно спросила девочка.

– Нет, я пришел к тебе.

– Ко мне?

Она остановилась. Поблизости никого не было.

– Да. – Финч поглядел на нее очень серьезно. – Кора, послушай. Начали твориться очень жуткие вещи. И мне нужно знать, кто такой, – он перешел на шепот, – Гелленкопф.

Кора испуганно огляделась, не услышал ли кто. Ее лицо выражало острое желание запереться в какой-нибудь ящик и не показываться из него пару десятков лет, а еще лучше – никогда.

– Я не могу… – начала она.

– Это очень важно, – взволнованно проговорил Финч. – Из-за него пропал мой дедушка.

Девочка потупилась:

– И мой тоже.

– Как это? – поразился Финч. – Когда?

– Очень-очень много ночей назад, – сказала Кора. – Когда я еще не вылупилась из яйца.

– Что? – удивился Финч. – Ты вылупилась из яйца?

– Ну да, – просто сказала Кора. – А ты разве нет?

Финч хотел было ответить, но тут понял, что совершенно не знает не только как именно появился он, но и как вообще дети появляются на свет. Может, и он тоже вылупился? Нужно будет у кого-то спросить. Арабелла должна знать об этом все – она же прочитала целую тысячу книг!

– А что ты знаешь о пропаже твоего дедушки? – спросил мальчик.

– Мама и папа не говорят о нем. Но я знаю: дедушка был плохим. Он примкнул к Гелленкопфу и помогал ему творить всякие… всякие мерзости!

– Расскажи мне… – взмолился Финч. – Расскажи про Гелленкопфа.

Кора впилась в него немигающим черным взглядом и задумалась.

– Хорошо, – сказала девочка наконец. – Я тебе покажу.

– Покажешь?

– Да. Идем со мной.

И она побежала к лестнице. Финч помчался следом.

Лестниц в Фогельтромм было невероятно много: они переходили одна в другую, раздваивались и растраивались, расходясь в разные стороны. Некоторые были почти вертикальными, другие – очень пологими, причем настолько, что от простого коридора их отличали разве что выступающие края ступеней в полу. Перила всех лестниц украшала тонкая резьба: сплетающиеся не-птичьи руки с когтями, перья и волосы.

Двери кабинетов выходили прямо на ступени, повсюду были расставлены или висели на тонких цепочках причудливые латунные механизмы, похожие то ли на часы, то ли на астрономические приборы. Финч вертел головой и разглядывал их, но Кора не останавливалась, и мальчик неотступно следовал за ней. Они поднимались все выше.