Я меж тем вёл неспешную беседу с братиком, рассказывая о свалившихся на меня неприятностях в своём мире.

– Оля хорошая, а Алю жалко, – подвёл итог Дёмка. – Ты должен сам решить и остаться с одной из них. Но как ты это сделаешь, если не хочешь просыпаться в своём мире? Мне с тобой хорошо, а иногда без тебя никак. А ведь там у тебя дочки, которые переживают и места себе не находят.

– Да всё я понимаю, – восклицаю в сердцах. – Всё пытаюсь уйти от ответственности. Вот теперь я спрятался в скорлупку, как один мальчик.

– Дим, а что будет дальше? Ну это, типа поймут, что мы Уварова порешили. Отец его может догадаться и попросить расследования, – тихо спрашивает Пахом, отвлекая меня от беседы с братиком.

Смотрю на своего друга, далее на братьев. Вокруг красоты русской зимы, хрустящий под копытами снег и изумительной чистоты воздух. Нет, я не хочу покидать этот мир. В свой, конечно, вернусь и мне придётся принимать решение. Но братика не брошу и буду также появляться здесь во сне. Шизофрения это или иное заболевание, но мне это нравится.

– Будем принимать решение по мере поступления проблем. По-хорошему, не мешает добить Уварова-старшего, но тогда точно возникнут подозрения. Пока выполняем поручение Шафонского и ждём новостей. Если всё будет тихо, то возвращаемся в Москву. У меня там много планов, которые хотелось бы осуществить. Если нас раскроют, то есть выбор. Сменим имена и уйдём на Терек, попьём там кровушки горцам. Или есть ещё более интересное направление – Волга.

– А чего там делать? Уж лучше на Кавказ, там не соскучишься.

– О, мой друг. Ты даже не представляешь, как через год будет весело на Яике и Волге. Я бы сказал, что там заполыхает. И мы точно примем участие в этой вакханалии!