Задача из разряда невозможно. Стоит лишь представить количество необходимой энергии для этого.

Отбросив эту мысль, я обратил внимание на ребят. Они уже сдвинули стол к стене, и собирались танцевать. Девочки вовсю веселились, только Вера скромно наблюдала за ними со стороны.

Насколько я знал, она была одной из жильцов этой комнаты, но особо ни с кем не дружила. Родом Вера была откуда-то с Урала, но смогла поступить в Москве.

Я разглядывал её, пытаясь вспомнить, кого она мне напоминает, но ничего в голову не приходило. Симпатичная, фигуристая, даже странно, что нет ухажёра. Одета скромно, даже слишком, одежда выдавала её деревенскость. Может поэтому и стесняется?

Невольно я заинтересовался Верой, и это заметили. Ксюша недовольно сморщила носик, а Макс, заметивший это, наоборот повеселел.

Вечеринка продолжалась. Большинство жильцов общаги уже разъехались, не смотря на то, что на следующей неделе ещё три рабочих дня, и поэтому нам никто не мешал. Были танцы, было вино.

Как мы с Верой оказались в соседней, пустой комнате, я сам не понял. Лишь потом, проверив палочку «Приори инкантатем» обнаружил там «Алохомору». Девушка была неопытной, но, к моей радости, не девочкой. Постаравшись, чтобы она не пожалела о своем выборе, я показал себя с лучшей стороны. Стараясь не вспоминать, что совсем недавно, прошлой ночью, был с другой девушкой.

К сожалению Вера оказалась очень скромной девушкой, и в дальнейшем отказывалась со мной встречаться, не реагируя ни на какие аргументы. А в феврале и вовсе забрала документы из института. Благо удосужилась написать мне письмо с объяснением своего поступка. Правда в её аргумент о том, что она хочет быть поближе к родителям, поэтому переводится в мединститут на Урале, мне не очень-то верилось. Но это её выбор, и бегать за ней я не собираюсь.

До кучи и Настя тоже пропала. Я даже съездил к ней домой, но её подруга сказала, сто Байрамову перевели в провинцию. Надеюсь, это не из-за того, что я её соблазнил.

Вот так, брошенный сразу двумя девушками, я стал присматриваться к другим. Надо признать с несколько потребительскими мыслями, так как продолжения не планировал.

16 января 1981.

Для экспериментов с артефактом памяти мы с Виталием Сергеевичем поехали в институт мозга. Почему именно туда, мне объяснить не смогли. Начальство велело. Да и ладно. Какая разница где делать артефакт, если в Союзе нет специализированной мастерской. Может и есть, но не про нашу честь. К тому же, отдельное здание, некогда бывшее особняком какого-то дворянина, было вполне крепким. А парк окружающий здание намекал на живописность, в летнее время.

Работа началась с доклада. Оказывается из моей идеи с артефактом, сделали целый проект. У него был руководитель Юрий Иванович Ушанов, пара учёных, пара магов и даже первичная концепция.

— Концепция выработана на общем понимании памяти, — уточнил руководитель, — поэтому она может быть далека от реального положения дел. По плану, прежде чем начать непосредственные работы, необходимо выработать рабочую концепцию. В этом мы надеемся на вас, товарищ Портер, как на человека, уже работавшего с памятью.

К моему удивлению, концепция была приемлемой. Для реализации, конечно же, не годилась, её ещё надо доводить напильниками. Явно не обошлось без менталиста. Вот первую неделю мы и доводили её.

Потом я сделал первый неудачный образец. Этот артефакт должен был делать то же, что и я, когда собирал знания по медицине в Улье. Однако сложность оказалась запредельной для меня, наверное, даже дед бы не смог такое реализовать.

Тогда было предложено создать не один, а два артефакта. Первый для считывания, второй для проецирования дополнительной памяти. Затем были эксперименты, и на их основании новые улучшения. Так называемый научный подход.

К лету мы закончили со вторым, самым простым, но бесполезным артефактом. Это был считыватель памяти. Он мог скопировать всю память, но тратил на это около тридцати резервов среднего мага. Но главное, он не мог скопировать что-то отдельно, только все сразу. А бесполезным этот артефакт получался от того, что воспользоваться этой памятью было невозможно. Ведь, как известно, личность человека — это совокупный опыт человека, хранящийся в его памяти. И при подключении проектора памяти, происходит путаница и раздвоение личности.

Мы так и потеряли одного подопытного, и получили сумасшедшего.

В общем, артефакт получился бесперспективным, но при его разработке мы сделали несколько попутных открытий. Самым значимым можно считать кристалл искусственного алмаза, выращенный в сильном нейтрально структурированном фоне ментальной энергии.

Эта и другие сопутствующие открытия позволили шагнуть дальше в нашем поиске.

Второй курс института я закончил наравне с лучшими студентами. Хотелось, конечно, большего, но пришлось ждать результата наших работ в институте мозга. Думаю, что после разработки технологии получения кристаллов с базами знаний, я смогу форсировать свое обучение.