Наконец впереди показались ворота резиденции Таллинов. Насколько Джилл знала, на территории замка располагался не только главный дом, но и множество хозяйственных и технических построек, обеспечивающих комфортный быт. Таким образом резиденция вполне могла существовать автономно, не завися от внешнего мира. Учитывая труднодоступное положение замка — на вершине скалы над заливом, получался не дом, а настоящая крепость.

При подъезде к воротам девушку оглушил взрыв. Грохот сотряс всё вокруг, повалил дым. Джилл моментально соскочила со скейта и припала к земле. Через время дым начал рассеиваться и она заметила разноцветные ленточки и цветные конфетти, спускающиеся сверху ярким дожем. "Что ещё за цирк?" — пронеслось в голове Джилл.

Когда воздух очистился, девушка подняла голову и обнаружила вокруг себя людей. Судя по их виду, они перепугались не меньше неё и подходить к лежащему на земле объекту в белой спортивной форме опасались. Тогда Джилл чуть приподнялась и сняла с головы светлый защитный шлем. Копна рыжих кудрей тут же разметалась во всё стороны, радуясь долгожданной свободе.

— Это же кузина Джилл! — раздался радостный мужской голос.

Распихав толпу, к девушке подошёл молодой человек с длинными светлыми волосами. Его причёска тоже не была скована резинкой и красивые плотные локоны стильно свисали по плечам, падая на грудь и спину. Одет парень в тёмные брюки, сапоги и светлую рубашку с воланом. Судя по всему, был ещё и пиджак, но, вероятно, блондин скинул ранее надоедливый элемент. Теперь же из-под светлого полотна рубашки наружу рвался крепкий торс с горой играющих мышц. Светлые глаза и нос чуть с горбинкой завершали мужественный образ.

— Леопольд? — Джильда поднялась и встала на ноги. — Братец! Как же ты вырос! Настоящий красавчик! — Джилл с восторгом положила руку на плечо подошедшего кузена и пощупала мышцы. — Ого! Прям камни! Сколько ж ты тренируешься?

— Столько же, сколько ты на скейте. — радостно отозвался парень. — Гоняешь просто феерично! Мы тебя и заметить не смогли. Ты — раз, и появилась. Мы даже фейерверки отключить не успели. Они на автомате бахнули.

— На автомате значит? — Джилл смахнула с костюма прилипшие конфетти. — Получается, вы ждали не меня?

— Ну… И тебя тоже… — почесал затылок Леопольд, подбирая слова. — Но ты понимаешь, тут такое дело…

— Вы ждёте ещё одного важного гостя, — закончила она за него. — Причём этот гость настолько ценен, что дядя предпочёл его мне.

— Не обижайся, но там действительно всё очень серьёзно. Папа поехал на встречу с будущим зятем. Там всё ну очень сложно, с этим зятем. Столько заморочек. Мама и Мариам тебе потом расскажут. И, кстати, пошли с мамой поздороваешься. А то она, небось, всё ещё не поняла, кто приехал.

Леопольд помог ей поднять упавший ранее аэроскейт, жестом разогнал толпу слуг и повел Джилл к воротам резиденции. Здесь, весело прильнув к прутьям решётки и катаясь на дверце калитки, резвились два младших кузена. Тоже светленькие. Лёлик и Арчи. Двенадцати и десяти лет соответственно. Джилл мимоходом для себя отметила, что ограда и ворота давно не крашены, местами покрытие облупилось и даже кое-где проступала ржавчина.

На территории резиденции в районе входа также всё оживлённо. Слуги суетились, носились туда-сюда, следуя ранее полученным приказам. На широком плетёном кресле, в тени деревьев покоилась тучная, обмахивающаяся веером женщина в длинном цветастом платье. Мадам явно устала ждать. Вся её поза говорила о том, что она очень утомились.

Джилл сразу узнала тётю. Миссис Таллин с семьёй не раз приезжала к ним в гости. В отличие от детей, которые заметно подросли, она почти не изменилась. Та же приятная дама с приветливым лицом, синими глазами, темно-русыми, собранными в растрепавшийся пучок волосами. Да, тётя несколько полновата: шесть родов не прошли даром. Но дядя любил свои половинку такой, какая она есть. Так что лишний вес нисколько никому не мешал.

Джилл уже хотела подойти к хозяйке и поздороваться, но тут младшие братья прибежали и повисли на ней. Лёлик — на правой руке, Арчи — на левой.

— Джилл приехала! Вот здорово! — голосили братцы сразу в два голоса. — Ты так лихо летела! Научи нас также кататься! Ты же научишь, да? А? Ну пожалуйста! — ныли кузены, поочерёдно потряхивая её руки.

— Отпустите девочку! — обратилась к мальчишкам мать, — Вот же сорванцы! Никакого покоя от них!

Миссис Таллин хотела встать, но Джилл быстро высвободила руки из цепких клешней братишек и удержала тётю на месте, обхватив родственницу за плечи и параллельно обнимая.

— Тётя, не нужно церемонии, — обратилась к ней Джилл, наобнимавшись. — Не вставайте. Вам и так тяжело. Я же вижу.

— Ох, да! — миссис Таллин усиленно отмахивалась веером. — Жара нынче стоит дикая, а тут ещё этот гость. Кстати, что там с фейерверком? Он больше не запустится?

— Нет, мам, — ответил Леопольд, — фейерверков больше нет. Залп автоматически сработал, когда сестра приблизилась.

— Вот и хорошо! — хозяйка продолжала махать веером. — Слишком уж эти бахи громкие. Отец вечно как выдумает что-то! Хоть строй, хоть падай!

— А кузина Джилл упала! — радостно выпалили младшие. — Мы видели! Она сразу на землю повалилась.