Но в любом случае, даже если братья откажутся ехать, я всё равно решил посетить Европу, в крайнем случае на месте сориентируюсь, как быть и что делать.

Разговор с братьями получился непростым — и не потому, что им претило заниматься грабежом, здесь как раз всё нормально. Очень им не хотелось оставлять надолго свои семьи. Я уже даже подумал было, что из моей затеи ничего не выйдет, но, как ни странно, польза от разговора была, и существенная.

Во время беседы один из братьев, а именно Степан, вдруг спросил:

— Александр Александрович тебе ведь неважно, кто с тобой поедет, главное, чтобы бойцы были путёвые?

— Ну как бы да, — ответил я, с интересом ожидая, что он хочет мне предложить.

— Давай тогда мы тебе подберём несколько казаков из неженатых. Ребята пусть ещё молодые, но уже обученные, они не подведут. Но тут надо с Евгением Семеновичем переговорить, без него никак.

Это неожиданное предложение меня заинтересовало, мне и правда и нет особой разницы, кто со мной будет, главное, чтобы люди были надёжные. А то, что с сотником придётся разговаривать, я и так понимаю. Но не думаю, что он будет против, особенно если я пообещаю долю от нашей будущей прибыли. Хотя, собственно, почему долю, я ведь ничего не смогу утащить с собой, поэтому всё, что мы добудем, останется как раз-таки казакам, которые пойдут со мной в этот своеобразный поход.

Не стал откладывать этот разговор на потом. В тот же вечер мы и поговорили. Сотник, честно сказать, сначала смотрел на меня как на придурка и после нескольких его уточняющих вопросов я уже и сам готов был в себе сомневаться. Он всего-то и спросил, как я собираюсь покинуть пределы Российской империи и почему я решил, что банкиры, которых я собираюсь грабить, не охраняются.

В одном да, он прав на все сто процентов — я не думал, как мне выезжать из империи. А вот по поводу всего остального мне было что ответить. Всё-таки я из другого времени, и у меня есть вариант, как всё провернуть тихо и незаметно, притом с немалым шансом на успех.

Надо ли говорить, что это моё «тихо и незаметно» очень даже заинтересовало сотника. Пришлось мне рассказывать ему о глушителях, их устройстве, способах изготовления и методах применения. Я предупредил его, что в целом не знаю, как всё это будет работать с дымным порохом, скорее всего плохо. Поэтому, если он хочет пользоваться подобными приспособами, лучше приобрести оружие и боеприпасы посовременнее. Револьверы, кстати, для этого подойдут как нельзя лучше.

Пришлось мне ещё и рисовать схему устройства, для изготовления которого нужна какая-никакая механизация. Просто на коленке такое сделать не получится.

Вообще разговор вышел довольно сложным и тяжёлым, но продуктивным. Сотник пообещал подобрать человек пять молодых казаков, один из них даже говорит по-французски, да, есть у него такой индивидуум. А вот спокойно покинуть страну — это задачка, тут придётся подумать. В любом случае официально это сделать достаточно трудно. Чтобы получить разрешение на выезд и загранпаспорт, нужно искать подходы к окружению губернатора, и если человеку из любого другого сословия сделать это не особо сложно, то недавним переселенцам, отправленным сюда для службы, практически нереально. Вряд ли кому понравится, что только, что прибывший сюда служивый люд собрался выехать за границу. Но и здесь решение нашлось, а подсказал его один из живущих здесь давно Иванов.

Оказывается, два раза в год в Николаевск-на-Амуре заглядывает по торговым делам один американец, который за хорошие деньги не то что желающих уехать вывезет, а маму родную продаст, поступи ему такое предложение.

В общем и целом, при желании здесь можно решить любой вопрос, притом достаточно быстро, главное, чтобы денег было достаточно.

Несколько дней, пока сотник решал вопросы с личным составом, определяясь, кто отправится со мной гулять по Европам, я провел в разговорах с местными старожилами, вернее с одним их них — только что упомянутым Иваном.

Очень много нового и интересного я узнал о здешней жизни в целом и о Николаевске, через который будет лежать мой дальнейший путь, в частности. Оказывается, там цветёт и пахнет оголтелая контрабанда. Занимается этим промыслом чуть ли не большая часть местного населения. Очень своеобразный городок со своими неписаными законами и странными взаимоотношениями между людьми, которые там живут.

Суровый край и не менее суровый населяющий его народ.

Иван помог с контактами людей в Николаевске, которые в теории смогут помочь мне подыскать человека, владеющего английским языком. Вернее, он дал прямую наводку на человека, у которого сын легко болтает на английском. Более того, он снабдил меня даже чем-то вроде рекомендательного письма, в котором попросил своего знакомца помочь мне по мере возможности.

А я в очередной раз сделал себе мысленную пометку, что при первой же возможности займусь изучением английского. Пригодится не раз и не два в моих скитаниях.

В этом мире, да и в других тоже, я часто ловил себя на мысли, что мне откровенно везёт. Складывается ощущение, что меня целенаправленно кто-то ведёт по тропе жизни. Как иначе объяснить, что как раз когда мы закончили подготовку к путешествию, возле селения неожиданно появился незапланированный пароход, идущий до Николаевска-на-Амуре. Более того, он без дополнительного приглашения причалил к незаконченной пристани, чтобы пополнить припасы. И это несмотря на то, что всего день назад он был в Хабаровске. Вот и я говорю, что странно это и так не бывает. Но не воспользоваться подобным подарком судьбы было бы преступлением. Поэтому я тут же отправился к капитану этого корабля, чтобы договориться о принятии на борт ещё нескольких пассажиров.