Зенон почти мгновенно отреагировал экспромтом по мотивам того же шекспировского диалога Ромео и Джульетты на балконе:

— Минус 30 баллов! Звездный демон, Во мраке межпланетной пустоты Ты светишь, как учебник камасутры Партнера вдохновляя мастерством Как инкарнация богини Лакшми!

После этого они весело фыркнули, давая понять, что переходят к следующему блоку вопросов.

СКУЧАЕТЕ ЛИ ВЫ ПО ЗЕМЛЕ? КАК ВАМ ВИДИТСЯ ЗЕМНАЯ ПОЛИТИКА ТАК ИЗДАЛЕКА? КАКОЙ ВЫ ПРЕДПОЛАГАЕТЕ УВИДЕТЬ ЗЕМЛЮ, КОГДА ВЕРНЕТЕСЬ?

Ликэ Рэм на полминуты вышла из обзорного поля камеры телемоста, затем вернулась с маленьким глобусом. Покрутила его и произнесла, будто рассуждая вслух:

— Казалось бы, скучать по Земле, как планете вообще — невозможно. Люди скучают по конкретным местам. Саванна Танзании, ледники Непала, кафе Делириум в Брюсселе с розовым слоником на вывеске, лабиринты тростника на рукотворном ливийском озере Феззан в тумане… Но перед стартом мы крутились на околоземной орбите и картинки Земли отчасти смешались в воспоминаниях. И теперь мы скучаем уже не конкретно по каждому симпатичному месту, а по всему этому бело-голубому шарику…

Она сделала паузу и сова покрутила маленький глобус. …Политика издалека видится специфически. Нелепая мышиная возня, раздувшаяся до деструктивного культа. Затянувшаяся игра в воображаемый бисер. Как там наставник брокеров объяснял в фильме «Волк с Уолл-стрит»: Это все химера, хумера, хумер его поймет, что это! Пыль в глаза! Этого ничего нет ни в природе и нигде! Это не материя, этого нет в таблице Менделеева! Это все гребаные сказки. Мы ни хрена не создаем, мы ничего не строим… Я цитировала по памяти. Такое объяснение пригодно не только для фондовой биржи, но и для большой политики.

Ликэ замолчала и посмотрела на Зенона. Он кивнул:

— С политикой понятно. Теперь о том, какой мы предполагаем увидеть Землю через…

— …Много-много лет, — договорила Ликэ, — да, перейдем к этому.

— О политике, — продолжил он, — уже сказано. Мы предполагаем НЕ увидеть этого, когда вернемся. Мы не предполагаем, что политика и фондовая биржа вовсе исчезнут, однако надеемся, что все эти… Гм… Хумеры будут сконцентрированы в квартале бутиков, где модные кутюрье рекламируют для альтернативно одаренных персон бальные платья из золотой фольги с алмазной инкрустацией на заднице, и прочее в таком роде. Там это не причинит никому серьезного вреда. И с другой стороны: мы НЕ предполагаем увидеть осуществленную утопию по схеме неооптимизма доктора Опира из книги Стругацких «Хищные вещи века» или по схеме бетризации из книги Лема «Возвращение со звезд». Короче: мы не определили, что предполагаем увидеть, и пока говорим лишь о том, что предполагаем НЕ увидеть. Как-то так.

ПРАВДА ЛИ ЧТО ВАШ ПОЛЕТ МОЖЕТ ПРДЛИТСЯ МНОГО ДЕСЯТИЛЕТИЙ? СТРАШНО ЛИ ВАМ, ЧТО ВЫ ТАК ДАЛЕКО И НЕКОМУ ПОМОЧЬ? ЕСТЬ ЛИ У ВАС «ПЛАН-Б» ДЛЯ ПРОБЛЕМНЫХ СЛУЧАЕВ?

Зенон нарисовал пальцем в воздухе длинный-длинный эллипс.

— Это правда. Есть несколько возможных сценариев возвращения, и какой из них будет реализован, зависит от динамической структуры гелиосферы за орбитой Нептуна. Наш двигатель, выбрасывая плазму, создает сильное магнитное поле. Оно взаимодействует с ионным ветром гелиосферы, и это стало главным фактором нашего быстрого разгона в начале полета. Теперь тот же ветер мешает нам тормозить. В некотором смысле мы как пароходофрегат. Были такие корабли в середине XIX века. Кроме парусов фрегата, они имели паровой двигатель, на котором шли при неблагоприятном ветре. Но здесь ветер — ионный, и нельзя убрать паруса, они возникают сами собой при включении плазменно-фюзорного двигателя…

Тут Зенон поставил на столик в фокусе видеокамеры — маленькую пластиковую модель античного парусника с исторически абсурдной дымовой трубой и гребными колесами. … — Так мы выглядим: наши гребные колеса со слабой машиной работает против ветра. Получается очень медленно. Хотя, когда мы уйдем вдвое дальше орбиты Нептуна, есть вариант оседлать ионные мега-вихри. Где-то там солнечный ветер сталкивается с иным ветром: межзвездным. В энциклопедии есть картинки-схемы этого феномена по весьма отрывочным данным, полученным от зондов серии Voyager и New Horizons. С чем мы встретимся на самом деле — вопрос открытый, и ответ определит время возвращения. А сейчас я попрошу Ликэ ответить на второй вопрос, пока я хожу за ответом на третий.

Он исчез из поля видеокамеры, а Ликэ, устроившись на диване поудобнее, сообщила:

— Страх, вообще-то, спутник любой жизни… Кроме жизни джамблей, быть может, но в данный момент речь о людях. Человек, даже фанатик ЗОЖ и ОБЖ, может умереть по совершенно посторонним причинам в любую минуту. 11 сентября 2001 примерно две с половиной тысяч клерков погибли в башнях WTC при теракте. Менее массовые случаи считаются банальностью. ДТП, электро-аварии и все такое. Рискуем ли мы с Зеноном в большей мере, чем клерки в NY-city? Неизвестно. Считать космические миссии чем-то чудовищно опасным это реликт 1-й Космической эры, когда жизни миллионов людей с легкостью приносились в жертву дурным амбициям лидеров доминирующих империй. Сейчас 3-я Космическая эра. Иная. Без патологического героизма… Вот, кстати, Зенон принес планы-Б.

Зенон Пекош триумфально водрузил на стол полторы дюжины увесистых книг в ярко-оранжевом пластиковом переплете, и пояснил:

— Это детальные планы-Б, поделенные по моделям экстремальных ситуаций. Их копии имеются в памяти бортового компьютера, а это твердые копии для случая, если память компьютера окажется недоступной. Это одна сторона ответа, а другая сторона, это мы. Наши биографии доступны в сети, так что напомню кратко: и у Ликэ и у меня в жизни произошло нечто, близкое к разрыву организма в клочья. Вот, чтобы не погибнуть, мы применили к себе глубокую генную модификацию: векторик Jefirra. Данные о нем тоже доступны в сети. Не обошлось без побочных эффектов, но ключевой момент: убить нас намного сложнее, чем природного хомосапиенса. Это позволило методистам MOXXI, создающим планы-Б, сосредоточиться на моделях ЧП, смертельных даже для нас. Так получилась высокая надежность проработки, — Зенон хлопнул ладонью по стопке книг, содержащих «планы-Б», дав понять, что вопрос исчерпан, и перешел к следующему.