Джо был потрясен словами Ксандера не меньше.

— Вы двое встречаетесь? – ошарашено спросил он.

Глаза Джаспера округлились, и он резко перевел взгляд с меня на своего брата.

— Ты встречался с Джордан? Все это время?

Боже. Я закрыла глаза, ненавидя предательство на его лице.

— Пока меня назначат ее временным опекуном… – продолжил Ксандер, игнорируя вопрос Джаспера.

— Нет, – перебила я, осознавая, что мужчины наблюдают за представлением, как безмолвный греческий хор. — Ксандер, нет, я не хочу этого!

Как он посмел заставить меня умолять о свободе перед этими людьми? Как он посмел? Я думала, он другой. Я думала, ему не все равно.

— Тебе нужен кто-то, кто присмотрит за тобой, – сказал он сквозь стиснутые зубы. — Так почему бы не я? В отличие от него, я действительно забочусь о тебе.

— Это безумие, – сказал Джаспер, и хотя я была уверена, что это слово прозвучало непреднамеренно, оно ранило меня. Потому что оно отразилось на всех моих сомнениях в том, в здравом ли я уме. Если бы я была в здравом уме, возможно, тогда бы я не попала в такое положение. У меня хватило бы сил найти решение. — Это буквально то, что сделал бы папа.

— Не вмешивайся, – холодно сказал Ксандер.

Джо покачал головой, щипая переносицу.

— Мне нужно выпить, – пробормотал он.

Мне стало интересно, что он думает обо всем. Могло ли это быть хуже правды? Учитывая, что он был близнецом Генри, мне было трудно смотреть ему в глаза. Было слишком сложно не представлять, что он скажет на все это.

Моя щека запульсировала, и я прижала руку к лицу.

Я могла догадываться.

Выполняя свою угрозу, Джо направился к бару Ксандера. Налив себе на три пальца виски, он спросил:

— Так вот к чему были все эти уловки?

Ксандер заметно напрягся и бросил на своего дядю взгляд, который можно было бы назвать уничтожающим, если бы в крови Джо не текло то же холодное железо, что и у его племянника.

Я была так воспитана, что даже сейчас во мне поднялось желание поиграть в хозяйку и успокоить их обоих, пока они не поссорились, и… что? Испортили вечер? С усилием сдержав себя, я облокотилась на мраморную стойку кухни Ксандера.

— О чем ты? Какие уловки?

— Ксандер привез нас сюда, – без особого интереса сказал Кайден, который все это время молчал. — Он пытался убедить нас выгнать Генри из компании.

— Что? – вырвалось у меня. — Почему?

— Из-за того, что он сделал с тобой. – Голос Ксандера был ровным. — Единственный способ вырвать тебя из-под его опеки – это угрожать тому, что ему дорого, – его бизнесу.

Его слова поразили меня, как удар под дых.

Ксандер сказал мне, что все будет иначе, чем с Генри. Но чем он отличался от своего отца? Генри также оттолкнул меня и свою семью, считая, что знает, как «лучше».

Неужели Ксандер не видел, во что он превращается?

— Если Генри останется твоим опекуном, ты вернешься к жизни в холодном доме, где ты либо играешь по его правилам, либо возвращаешься в клинику, – продолжал Ксандер, казалось, не замечая моей боли.

Я уставилась на него, потеряв дар речи, затем повернулся к мужчинам с мрачными лицами.

Не все знали, что я провела некоторое время в лечебнице. Рассказать им об этом было еще одним предательством. Я приложила все усилия, чтобы скрыть свой недуг, а теперь увидела, как мой тщательно выстроенный фасад рухнул, как груда кубиков, без всякого согласования со мной.

Джо и Джаспер сочувственно посмотрели на меня. Даже Кайден сказал:

— Полегче, чувак.

Я вспомнила взгляд сотрудницы Ксандера, смесь беспокойства и жалости, когда она сказала мне, что я остаюсь здесь для своего же блага. У нее на быстром наборе был номер клиники. Потому что я была больна.

Я гадала, задавались ли эти мужчины сейчас вопросом, не сошла ли я с ума, стоя перед ними в немом молчании в своей дырявой одежде.

Когда никто не произнес ни слова, Ксандер продолжил свое заявление словами:

— Ты этого хочешь, Джордан?

Но разве это не то, что ты делаешь со мной прямо сейчас? – подумала я. Только теперь мы играем по твоим правилам. Не Генри.

Джаспер сложил руки на груди.

— Ты сейчас очень похож на отца, – сказал он Ксандеру.

— Я совсем не такой, как он, – ответил Ксандер, как будто он не вынес тему моего психического здоровья в комнату, полную людей. — Видите, что он сделал с ее лицом? По всему ее телу такие же синяки. Это произошло на одном из его так называемых корпоративных праздников, где он провел все время, напиваясь в стельку. Очевидно, что он стал обузой. Не говоря уже о том, что он не имел права вступать в брак с Джордан. Судя по условиям, которые он подписал для ее опекунства, это был конфликт интересов. Он инсценировал свадьбу, просто чтобы иметь больше контроля над Джордан. Я нашел их свидетельство о браке и проверил его у юриста. Оно недействительно. В нем не хватает подписей, и его никогда не регистрировали.