— Да, вы правы. Отдавайте своих раков Яше, он их приготовит, и пойдемте в дом. Времени у нас мало, а обсудить нам предстоит многое. Есть у меня для вас кое-какие предложения.

Прежде чем передать ведро, я достал оттуда сверток с изумрудами, раздумывая о странном поведении этого перевозбужденного еврея. Не к добру такие метаморфозы, он явно что-то задумал, и не факт, что мне эти его задумки понравятся. Но деваться некуда, пришлось отдавать Яше добычу и топать в дом вслед за умчавшимся туда как на пожар Абрамом Лазаревичем.

Этот человек уже немного пугал своим поведением. Как это все интерпретировать, я не знаю. Судите сами, еврей сидит за столом и с безразличным видом разглядывает горку изумрудов, думая о чем-то своем. Нереальная и пугающая картина, как по мне.

Довольно долго Абрам Лазаревич сидел над этими камнями с задумчивым видом, а потом произнес:

— Александр, что вы скажете, если я предложу вам отправиться вместе со мной за границу?

Сказать, что он меня озадачил этим вопросом, это ничего не сказать. Удивил и поразил напрочь. Мысли в голове заметались со страшной скоростью, и главная была такая: неужели, сука, нарвался на извращенца? Тьфу, гадость.

Тем не менее я на автомате спросил:

— В качестве кого вы планируете меня туда везти?

Еврей ответил не задумываясь

— В качестве воспитанника, для всех — родственника. Наладим работу одной точки питания по вашему предложению, и я верну вас домой, вам ведь учиться надо.

Вот честно, выдохнул с облегчением и успокоился. Немного подумал и сказал:

— Нет, если так, как вы говорите, то делать мне там нечего, разве что как на экскурсию съездить? Но мне это неинтересно.

Прикольно было смотреть, как у Абрама Лазаревича, глаза сделались по пять копеек. Надо отдать ему должное, он быстро взял себя в руки и спросил:

— Интересно, а на каких условиях вы согласились бы поехать?

— Вот вы же сами не так давно сказали, что бесплатно не работаете, так почему от меня ждете благотворительности?

Тут Абрам Лазаревич даже поперхнулся и, прокашлявшись, спросил:

— Значит хотите зарплату получать?

— Нет, зарплата меня не интересует. Давайте начистоту. Если вы хотите привлечь меня к каким-то своим делам, нам следует договориться о разграничении полномочий и разделе прибыли здесь и сейчас, заранее. Это первое и главное условие. Второе: если я помогаю организовать бизнес по быстрому питанию, то я хочу долю от этого пирога. Эта доля будет небольшой, если я буду работать на этот бизнес, и пропорциональной вложенным мной деньгам, — при этих словах я указал взглядом на изумруды. — Как вы понимаете, если я еду за рубеж, нет никакого смысла продавать изумруды здесь. И третье: если вы все же возьмете меня с собой, я хочу иметь в Америке полную свободу действий. Другими словами, я смогу параллельно со всеми этими делами заниматься чем-то еще, к чему вы отношения иметь не будете, как не станете и контролировать каждый мой шаг.

Высказавшись на одном дыхании, с интересом наблюдал за озадаченным собеседником, который действительно слегка растерялся от моего спича.

Только через довольно продолжительное время он пробормотал задумчиво.

— Интересно было-бы посмотреть, как вы будете вывозить свои изумруды из нашего государства и на ваши дела в чужой стране, где вы даже разговаривать ни с кем не сможете. Или, может, вы еще и английским языком владеете? — последнюю фразу он произнес на английском и уставился на меня изучающим взглядом.

— Абрам Лазаревич, вы-таки правда думаете, что граница у нас на замке? Да и какая разница, как я буду общаться с аборигенами, главное ведь сделать дело, не так ли? — ответил я пусть и на слегка кривоватом, но достаточно понятном английском.

Тут уж Абрам Лазаревич не выдержал и расхохотался, до слез, время от времени всхлипывая и повторяя:

— «Аборигенами», ох, уморил старика.

Просмеявшись и успокоившись, он как-то остро на меня посмотрел и произнес:

— Допустим, пока только допустим, что я соглашусь с вашими условиями, и мы даже обговорим степень вашего участия в будущих делах и выделим долю в бизнесе, но я ведь в ответе за вас и просто обязан знать, чем вы занимаетесь помимо нашего бизнеса.

Я только отмахнулся и ответил:

— Ну чем еще можно заниматься в Америке? Деньги буду зарабатывать.

— Позвольте спросить, а зачем вам деньги?

— Странный вопрос, как по мне. Но ладно, отвечу, как есть. Во-первых, хочу жить немного комфортнее, чем сейчас, иметь свой автомобиль, мыться в собственной горячей ванной и прочее. Во-вторых, есть у меня желание построить в Советском Союзе небольшой заводик по пошиву качественной одежды, чтобы не думать, где можно нормально одеться. На самом деле желаний много, можно придумать, куда пристроить заработанные средства, лишь бы они были.

Абрам Лазаревич хмыкнул, кивнул и произнес:

— Ладно, давайте пока возьмем небольшую паузу, мне надо хорошо подумать, прежде чем принимать решение. Изумруды я, с вашего позволения, заберу. Какое бы я решение ни принял, рассчитаюсь с вами по совести, хоть в рублях, хоть, если решу взять вас с собой за границу, в долларах. Вам хранить камни у себя небезопасно. Если вам сейчас нужны деньги, скажите. Выдам сразу, без проблем. Все остальное обговорим завтра, сегодня ничего решать не буду.