— Обувную? Это ещё почему? — с интересом рассматривал вывеску небольшого магазинчика на другой стороне улицы Сет.

— Так сам подумай, — не удержался от ухмылки его брат. — Людям босиком ходить в тягость, так? Особо зимой, да и вообще. Представляешь, как справедливо штамповать на станке ботинки, сапоги, туфли и тапки?!

Он расхохотался, громко и зло. Сет лишь раздражённо хрюкнул.

— Давай возьмём чего-нибудь перекусить, Вир, — променял справедливость на голод доходяга. — Мы всего-то закинули по бутерброду в поезде. Я зверски проголодался.

— Диавол, Сет, ты жрёшь как невменяемый, а выглядишь хуже того пса, что мы нашли на свалке, — ухмылка здоровяка стала добрее. — Помнишь, когда были совсем карапузами?

— Такое забудешь, — передёрнуло очкарика от воспоминаний о невесёлом детстве. — Я хотел его спасти, а ты просто убил.

— Ах, да? — снова стал злиться Вир. — Однако, когда облезлый Том сварил с тех костей супчик, ты орудовал ложкой быстрее его самого.

— Ты… Ты не говорил, что… Фу ты, мерзость какая! — скривился Сет. — Но тебе не перебить мой аппетит, брат. Даже не старайся! Давай уже перекусим.

— Ладно, ладно, заканчивай уже ныть, — сдался здоровяк, картинно поднимая вверх свои ручищи.

Им пришлось пересечь улицу и вернуться к магазинчику.

— Доброе утро! — приветливо улыбнулась им пожилая, усталая от самой жизни тётка за прилавком.

— Доброе утро! — эхом отозвался Сет.

Вир лишь пробурчал что-то недоброе и схватив с полки большую пачку печенья, бросил её прямо в руки продавщице. Она, никак не ожидая такого хамства, не сумела удержать выскользнувшую из рук пачку, и та с шумом шлёпнулась на пол. Какое-то время продавщица растерянно хлопала обильно накрашенными глазищами, потом наклонилась за печеньем. В этот момент здоровяк сунул за пазуху пару бутылок с апельсиновым соком.

— Забери печенье и сдачу не забудь, — бросил он мятую банкноту на прилавок и, сунув руки в карманы куртки, а только так можно было контролировать сворованные бутылки, пошёл к выходу.

— Милая женщина, — нагнал его уже на улице Сет, — зря ты так.

— Уже распечатал?! — ткнул толстым пальцем в пачку печенья Вир. — Запей и успокойся уже, террорист.

— Я не террорист, — охотно принял бутылку с соком очкарик. — Менять мир и воровать — разные вещи. Террористы — те, кто захватили власть и…

— Ла, ла, ла, — отхлебнул ярко жёлтой, солнечной жидкости здоровяк. — Поделись лучше печеньем, и давай уже немного помолчим.

— Как скажешь, — насупился «спаситель мира» и «борец за справедливость», отсыпая горсть печенья на протянутую братом широкую ладонь.

Салон представлял из себя небольшое одноэтажное здание. Внутри, за витринами, стояли самые лучшие и слегка подержанные экземпляры. Их берегли от непогоды, протирали со всех сторон, заботились как могли. Снаружи, на довольно просторной стоянке, бросили всякое дешёвое и часто сильно добитое предыдущими владельцами старьё. Братьям незачем было заходить внутрь, их машина точно ждала их на стоянке. Время было обеденное, салон не закрыли, но покупателей не было вовсе. Поэтому, как обычно, отправив двух своих помощников перекусить и отдохнуть в закусочную неподалёку, тут остался сам хозяин Вало Марус. Очень маленького роста, просто карлик, вечно презираемый и глубоко несчастный, он смог поднять это дело с нуля. Уже после того как разбогател смог жениться, а теперь мечтал о детях. Жизнь научила его тому, что деньги решают любые проблемы, а потому более жадного до них человека в городе просто не существовало.

Он как раз обходил размещённый на стоянке хлам, чтобы с большим сожалением выбрать пару корыт, которым пора было отправиться на свалку. Следовало освободить место для парочки новых старых машин, но расставаться с прежними неудачниками непросто. Очень старенький, с несколькими вмятинами и множеством царапин на кузове, чёрный «одж» как раз подходил на роль жертвы. Вало так переживал из-за потерь, что и не заметил появившихся на стоянке братьев.

— Сколько за эту развалюху? — спросил его Вир, понимая, что у них с братом и на этот хлам денег маловато.

— О? Добрый день, господа! — мгновенно включился в продажу коротышка.

— Да добрый, добрый, — проворчал здоровяк. — Цену-то уже назовёшь?

— Вы не смотрите, что поцарапана и кое-где помята, — засуетился вокруг «оджа» Вало. — Машинка всё ещё надёжная, не подведёт. Полагаю, пара сотен будет в самый раз.

— У нас полтинник, — хлопнул по пыльному капоту Вир. — Ну?

— Маловато, — скривился и от этого стал ещё уродливее маленький человек.

Ещё несколько минут назад он готов был отправить это корыто на свалку, но вот появились покупатели и жадность не позволяла продешевить.

— А что есть за полтинник? — присоединился к разговору Сет.

— Ничего, — усмехнулся хозяин салона. — Это ведь машины, а не велосипеды.

— Заметно, что ты давно не был у зубного доктора, заморыш, — явно не понравилась шутка карлика Виру. — Этим корытам давно пора на свалку, а ты тут выпендриваешься почём зря.

— Вы… Ты… Я… — растерялся от неожиданной грубости покупателя Вало.

Давненько ему не хамили. Вспомнилась давно забытая юность, где обида и страх были верными спутниками маленького человека.