На столе перед ним уже стояло несколько пустых бутылок. Канцлер, насмешливо взглянув на Пьера, едва пригубил свое пиво и поставил кружку обратно.

— И впрямь. Правда, лично мне этого никогда не казалось достаточно. Рядом с правителем-реформатором всегда происходит так много событий, которые, в свою очередь, открывают так много возможностей… хотя, зачем я говорю об этом Вам, Пьер? Ведь Вы тоже из тех, кто умеет пользоваться ситуацией, продвигая себя на вершину, не так ли?

Пьер рассмеялся в голос, шутливо погрозив собеседнику пальцем.

— Как обычно, видите людей насквозь, да? Что же, нет смысла отпираться, я жажду достичь вершины. И вот что я Вам скажу: давно настало время покончить с мракобесием, устроенным церковниками, и если мои памфлеты в этом помогут, то я целиком к Вашим услугам.

Гийом, подняв кружку, придвинулся ближе к собеседнику.

— Истинно, дражайший. Засим, предлагаю тост — за короля Филиппа, великого реформатора и правителя нашего времени!

— За короля! — Пьер опрокинул очередной бокал и бессмысленным взглядом уставился в стену.

Через несколько секунд глаза его закрылись, и распластавшись на столе, он громко захрапел. Из приоткрытых губ правоведа сочилась тонкая ниточка слюны.

Гийом брезгливо посмотрел на него и тут же коротко свистнул. Дверь покоев Пьера бесшумно отворилась, вошли двое мужчин, одетых в доспехи королевской стражи. Их движения, даже скованные немалым весом брони, были достаточно грациозны, что позволяло узнать в вошедших членов личного отряда канцлера, состоявшего из профессиональных акробатов. Правда, трюки, которые они показывали, чаще всего оказывались для зрителей смертельными, ведь большую часть деятельности, которой занимался отряд Гийома, составляли убийства и шпионаж.

— Обыщите тут все, и не шумите. Он выпил достаточно, так что будет храпеть до утра, но помните о страже. Если найдете что-то интересное, принесете мне. В первую очередь обращайте внимание на личные бумаги и памятные вещицы — мне нужно знать, с кем он спит, ест и строит планы на будущее. Платок, заколка, брошка, локон волос, любовная записка — сгодится что угодно. Если ничего не найдете — значит, плохо искали. Я буду у себя.

«Стражи» кивнули и сразу же занялись делом. Под шорох бумаг Гийом покинул покои королевского советника и правоведа Пьера Дюбуа, сосредоточенно размышляя о чем-то своем. Примерно через час в дверь его комнаты тихо постучали.

— Войдите.

Все те же двое мужчин бесшумно проскользнули в комнату, только теперь на них были совсем другие доспехи — кожаные, перехваченные в талии широкими черными поясами. Подойдя к Гийому, один из них с поклоном передал ему небольшой надушенный свиток.

Прочитав записку, канцлер довольно улыбнулся.

— Прекрасно… просто прекрасно. Как раз то, что нужно. Я займусь этим, а вы отправляйтесь к тому тамплиеру, как бишь его…

— Стефан. — один из убийц слегка поклонился, произнося имя своего пособника из ордена.

— Верно. Возьмите его с собой и втроем отправляйтесь за инквизитором, которого прислал Папа. Узнайте, жив ли он и что происходит в той чумной деревушке. Если инквизитор попытается вернуться обратно в Париж — убейте его. Но соблюдайте осторожность. Никаких свидетелей и никаких лишних жертв. Король недоволен тем, что вы привлекаете к себе слишком много внимания.

Поклонившись, подчиненные канцлера исчезли так же бесшумно, как появились, а Гийом, оставшись в одиночестве, убрал записку в стол и глубоко задумался. Он действительно был предан Филиппу, и потому старался следить за каждым, кто слишком близко подбирался к трону. В данный момент у короля было три доверенных советника, и канцлер, как огромный паук, уже начал плести вокруг обоих своих соперников невидимую паутину. Когда сеть будет закончена, ему останется лишь дергать за ниточки, ведущие к их слабостям. Ах, как же ему это нравилось!

Но почему-то в этот раз, вместо опьяняющей эйфории, которую обычно давала ему власть, Гийом чувствовал лишь раздражающую тревогу. Снова и снова вспоминая детали плана, он не понимал, где могла быть допущена ошибка, и это злило его еще сильнее. Подспудно канцлер догадывался, кто именно его беспокоил, но цепь событий уже была запущена, и что-то кардинально изменить прямо в данный момент он не мог.

— Надо признать, я сглупил. Куда проще было покончить с ним здесь, в Париже… — Гийом, смотря в окно невидящим взглядом, вспоминал обед с инквизитором и его странное решение ехать как можно быстрее.

Он никак не мог понять, что же так насторожило его в поведении Адриана Тере.

На самом деле, единственным, что не учел Гийом в своем плане, была феноменальная способность Адриана чуять любую ложь и угрозу. Еще во время их первой встречи инквизитор понял, что советник Филиппа попытается избавиться от него при первой возможности, чтобы исключить лишние риски. Поэтому он все время был настороже, ожидая, когда же Гийом решит нанести ему удар в спину.

Сейчас Адриан как раз ехал по дороге, ведущей к деревне, и приближался к лесу, темной стеной возвышавшемуся у горизонта. Если бы у него был выбор, Адриан бы предпочел другой путь, но к сожалению, он слишком плохо знал окрестности Парижа, чтобы рисковать.