– Витя…

– Привет, Ник…

Взгляд Шарова был доброжелателен и приятен. С Долькиным ему конечно не сравниться по уровню излучаемого тепла, но сразу видно, что ученик достиг определённых высот в этом ремесле.

– Как самочувствие?

– Нормально.

– По десятибалльной шкале, где единица означает, что ты без колебаний приставишь ствол к виску и вышибешь себе мозги, а десятка – абсолютный внутренний дзен, просветление и умиротворение?

– Шесть.

– Это хорошо. Это очень хорошо. Теперь о главном, доводилось ли видеть галлюцинации?

– Нет.

– Никаких чёрных точек? Чёрных колец? Золотых колец? Чёрных порталов, пятен? Может быть чёрных силуэтов человека?

– Нет, ничего такого.

– Да ты кремень, дорогая…

– Я знаю, спасибо.

– Теперь скажи мне, как всё это произошло?

– Не знаю… Помешательство, агония, апатия… Всё вместе. Ещё эти события с ЦКК и Сферой, Чистяков, смена руководства, новый состав команды… - Она тяжело вздохнула. – Ну и последней каплей видимо стала смерть Вани.

– Какие у вас были отношения?

– Больше профессиональные, нежели дружеские… Но меня это всё равно резануло по сердцу. Не знаю почему.

– Такое часто бывает, когда у человека начинается психоз в результате событий, произошедших на другом конце Земли. Вспомнить только двадцатые годы… Сколько людей сошли с ума, притом, что их даже не коснулось. – Он сделал короткую паузу. – А в твоём случае, это часть твоей жизни. Поэтому острая реакция – логична и приемлема.

– Ещё Бермудская хотела выбить из меня всё дерьмо… Как вспоминаю, тошно становится.

– Значит не вспоминай, я тебе запрещаю. – Шаров сделал несколько пометок на бумаге, затем продублировал их на планшете. – Оленковский меня уже одолел звонками, да и вообще весь полигон стоит на ушах. Поэтому я никак не могу повлиять на ситуацию, вынужден тебя выписывать уже сегодня. Свою часть работы мы сделали. Всё остальное зависит от тебя. Старайся не нервничать лишний раз. Калибровка в пуле была очень тонкая, одно дуновение… И всё. Будем надеяться, что для твоей крепкой психики, а она у тебя хоть куда, это будет посильное испытание. – Витя плюнул на палец и перелистнул страницу заключения. – Лучший доктор – это рефлексия, нужно копаться внутри себя и много, но одна ты не справишься, будешь работать с духологом.

– Ага… Что бы оно ни значило.

– Я тебе говорю, что тебе придётся сюда являться на регулярной основе. Раз в два дня. Направление выслал тебе на мастерфон уже, в приложении проверишь. – Заведующий отделением, достал из ящика кипу бумаг, оторвал специальный документ и сделал несколько записей от руки. – Впрочем, вот… На всякий случай. Мало ли.

Он протянул ей бумажное направление, Ника устало подняла руку и, едва смыкая пальцы, забрала листок.

– Прогулки – обязательно, список препаратов и лекарств принимать ежедневно. Не отлынивать, понятно?

Девушка кивнула.

– Ну и самая лучшая новость, на томографии в твоей голове нет никаких серьёзных отклонений.

– А должны быть?

– Сейчас у нас тут всё идёт наперекосяк, я понятия не имею, что должно быть, а что нет. Поэтому мы тебя проверили с ног до головы. Тебя хоть в космонавты, главное голову чуть-чуть пролечить.

– Что ж…

– Ах, да, бухать нельзя.

– А курить?

– Курить можно в ограниченных количествах.

– Это в каких?

– Две, три сигареты в день. Не больше.

– Поняла.

Повисла долгая пауза, кажется Витя собирался с мыслями.

– Ты с Теплининым то на связи?

Тут то девушка слегка рассвирепела.

– Да почему это так всех волнует?! Нет, не на связи!

– Хм… Отличная реакция. Меньше апатии, больше всплесков агрессии, это хорошо. – Витя кашлянул. – А с Теплининым рекомендую выйти на связь.

– Это он тебя попросил, да?

– Нет. Это я уже от себя.

– Понятно.

– Кстати, Григорий сейчас на втором этаже, ему недавно сделали операцию.

Глаза девушки округлились.

– С этим-то что случилось?

– Не знаю, не спрашивал. – Шаров посмотрел на Нику исподлобья. – И зря ты так реагируешь, дорогая, вообще-то парень половину города пробежал в ночи на своих двоих и спас тебе жизнь.

– Ой, всё! Можно не об этом?

– Как скажешь.

Он уставился на неё, Касьянова какое-то время не могла понять почему.

– Всё. Свободна. Чего сидим?

– Вдруг что-то ещё…

– Бегом, бегом. Одевайся и домой. Документы у тебя все на руках.