— Воюете не по правилам. Дожгли всех, кто там внутри оставался. Не дали им сдаться. И ребятам, — он кивнул на двух окровавленных шведов, еле держащихся на коленях, — никто помощи не предложил. Разве русские так поступают?

Пенс тяжело вздохнул и незаметно расстегнул кобуру.

— Претензии не к нам. Сами начали войну безо всяких правил. Преследовали с дронов колонны с мирняком, продовольствие в заблокированные города запрещали доставлять. Пленных наших пытали и убивали.

— Это все ваша пропаганда.

— Слышь ты…- начал свирепеть пулеметчик.

— Спокойно, Грохот. Это он специально нас заводит.

— Ну а что, разве не так? Я видел ваше телевидение со спутника, пока оно работало, одно вранье, — продолжал ёрничать бывший русский латыш.

— Ну да, зато у вас там в Европах свобода правду рассказывать. Только проблема в том, что я и многие из ребят все это наблюдали лично. И даже чего похуже. Так что извини…

— Но вы все равно должны оказать нам помощь. Мы военнопленные и на нас распространяются международные законы.

— С какой это стати? — всерьез удивился Пенс.

— Потому что вы русские солдаты. Они всегда поступали именно так.

— Какой ты умный, — бывший учитель уже все для себя решил. — Только вот тут у тебя ошибочка, дорогой. С бункера вас выкурили обычные наёмники, мы тоже наёмники. Так что разговора у нас, извини, не вышло.

Судя по реакции бывшего русского до него, наконец, начало что-то доходить, но было уже поздно. Пенс только выглядел пожилым увальнем, реакция у него была еще будь здоров. Младший сержант молниеносно выхватил пистолет и выстрелил прямо в лоб пленному. Затем перевел прицел и убил еще двух шведов. Стоявший неподалеку ЧВКашник сердито дернулся.

— Брат, зачем стрелял? Кто разрешил?

— Сам себе разрешил, — тихо ответил Пенс, а вставший рядом с ним Грохот навел свой «Печенег» на изрядно испугавшихся пленных. Трупы заливали синие воды озера буроватой кровью, просачивающейся сквозь неплотно сколоченные доски. На зубах появился характерный железистый привкус. Вкус настоящей войны.

— Хороший пистолет, — раздался неподалеку бодрый голос.

Черноволосый мужчина с острым профилем лица кивнул в сторону древнего «Люгера».

— Забрал из музея нашей школы. Он в рабочем состоянии.

— Я уже видел, — судя по всему это был одни из командиров наемников. Мягкий акцент указывал, что он серб. — Про вашего мне понятно, вы предателей не любите. Зачем шведов расстреляли?

— Дело вовсе не в ненависти, камрад. Он был опасен, как и всякий русский. Нельзя таких врагов у себя в тылу оставлять. Этих двух, — командир звена «Ф» указал на убитых шведов, — я грохнул, потому что увидел их реакцию. Они были также опасны. Так что ничего личного.

— Понятно, — ответил серб и что-то крикнул на своем языке в гарнитуру. ЧВКашники между собой использовали старую, но весьма эффективную систему зашифрованной связи.

— Ох, етическая сила! Вот это тут знатный замес, братцы, случился.

Пенс оглянулся на высунувшегося по пояс в люк «Тигра» Гоблина и снова уставился на полевой радар. Вернее, он даже головы не повернул, рассматривая обстановку на виртуальном экране, который транслировался на забрало шлема. Бывший учитель физики и математики отлично разбирался со всеми новейшими гаджетами, что новый командир доставил им. Китайцы все-таки молодцы! Тупо свинтили последние американские наработки и сумели в короткие создать неплохие копии. Вот сейчас и обкатывают их в настоящей боевой обстановке. У самих китаёз в Корее как-то не особо задалось, потому уважение к русским успехам на Западе только возросло. Ну и стоило упомянуть, что к технике были дополнительно приложены русские очумелые ручки. Китайский софт — то еще говнецо.

— Чисто!

Сыто рыгнул дизель, «Тигр» дернулся и поехал дальше, старательно объезжая стороной раскуроченную технику, застывшую в небольшом распадке рядом с границей.

— По ходу все более-менее целое уже утащили, — добавил немногословный Грохот.

После операции на озере они проторчали там почти неделю, зачищая окрестности. Срочно переброшенные в район Кируна армейские части покатились дальше за границу. «Соколы» в прошлый раз отметили странную активность в этом районе. И, как оказалось, не зря.

— Да и трофейщики славно поработали, — глазастый снайпер звена кивнул на обгоревшие остовы боевых машин, с которых было снято все, что могло пригодиться в дальнейшем. Объединенные Европейские Силы в самом начале войны знатно отбомбились по военным предприятиям России. Потому с ЗиПом везде дело обстояло швах.

— Солидол, — перед глазами Пенса на виртуальном экране мелькнул боевой приказ, — двигай на тот край поля. Встаем там. Всем смотреть в оба!

Звено «Ф» на стареньком броневике «Тигр 2М» неспешно двинулось прямо через поле боя. Вот они проехали мимо полностью сгоревшей «Арматы» 24Т. Трофейщикам здесь делать было точно нечего, в отличие от бережно «разутых» боевых машин пехоты. Тем досталось поменьше из обычных пехотных «граников». Не хватило у норгов на всех настоящего передового ПТО. И у них «закрома родины» оказались не беспредельны.