— Неправильный вопрос, — поморщился Бернард.

Молодой маг так не считал. По его мнению, это был самый, что ни на есть, правильный вопрос, который максимально точно отображал его беспокойство на данный момент.

— Ладно, — сдался он. — О чем я должен спросить? Зачем Девин устроил это представление с ужином и разговором на отвлеченные темы? Так я спросил. Вы же не отвечаете на вопросы…

— Отвечаю, если ответ знаю только я. Тут же надо немного подумать, и все станет ясно… — продолжил наводить туман Бернард. — Такой учебный процесс, если угодно. Когда человек до чего-то додумывается сам, это намного лучше откладывается в памяти, чем подсказка.

Эдвин задумался в очередной раз. Разобрал весь диалог по отдельным фразам. Ситуация стала еще более запутанной.

— Он сказал «с Гербертом я разберусь сам», — задумчиво произнес молодой маг. — Но я ни слова не сказал про брата короля.

— О чем шла речь в тот момент?

Эдвин попытался вспомнить все детали.

— К нему пришел помощник. Я как раз рассказал ему про тело, и все то, что видел. Он, очевидно, не поверил мне на слово, и пока мы беседовали, отправил своих людей проверить.

— Так, — подбодрил его Бернард.

— Девин сказал, что мои слова подтвердились. То есть тело они нашли, и убедились, что я говорю правду. После этого он… прервал разговор? Ну да, получается, что после этого он вынудил меня уйти своим поведением. Дал понять: мое дело сделано, и я свободен. А с Гербертом он сам разберется.

— Не так уж и сложно.

— Значит Герберт замешан в этом убийстве? — удивился Эдвин.

— Или Девин хочет, чтобы мы так считали.

— Но он сказал «разберусь с Гербертом».

— А зачем он это сказал? — блеснул глазами помощник посла. — Девин опытный интриган, неужели он может случайно проболтаться? Он сказал именно то, что хотел.

Молодой маг задумался, покрутил ситуацию со всех сторон, и развел руками.

— Я не понимаю, — честно признался он. — Он дал понять, что Герберт виновен? Или он хочет его подставить? Или он хочет подставить нас?

— Отличный вопрос, — Бернард откинулся на подушки. — Вернемся к нему утром.

— А что делать-то будем? — не выдержал Эдвин такого поведения.

— Я буду спать и набираться сил. Вы будете все это время молчать и не мешать мне. Я уже несколько раз говорил, и повторюсь еще раз — нам не надо узнавать, что происходит. Нам надо выжить, подписать документы и вернуться.

— А все те, кто погиб…

— Погибли на службе, которая подразумевает определенные риски.

На этом силы окончательно покинули помощника посла, он немного поворочался, и уже через несколько минут заснул. Эдвину же было не до сна. Слишком много событий, слишком много эмоций. Это помощник посла опытный, и может спокойно спать, когда вокруг творится… вот это вот всё. Сам же молодой маг не привык ничего не делать, когда его хотят убить. Как-то это было неправильно, что ли, всю ответственность за себя возлагать на гвардию, которая его охраняет. Отказываться от охраны глупо, но и надеяться только на нее он не хочет.

Эдвин как можно тише снял обувь. Единственным источником света в комнате был его святляк, который он сделал очень тусклым. Сначала он добрался до столика, где подхватил пустую кружку. Затем, также тихо, или ему казалось, что тихо, дошел до двери, наполнил кружку водой, и поставил ее на ручку. Держалась она кое-как, если вдруг дверь попробуют легонько толкнуть, она упадет. Пусть он ее и закрыл изнутри, но это подобие засова защитит разве что… да ни от кого. С этими тревожными мыслями он надел обратно обувь, и устроился в кресле. Некоторое время ломал голову над загадкой Девина, затем мысли свернули в сторону более приземленных вещей… и он заснул.

Утром молодой маг выяснил, что помощник посла все еще болен. Здоровый человек так долго спать не будет, да и бледным тоже не должен быть. Будить он его не хотел, заняться было нечем, и маг не придумал ничего лучшего, чем попытаться повторить трюк убийцы с ледяным бокалом. Он же маг воды, и это как раз по его части. Если он может создать воду усилием воли, то сможет и придать определенную форму льду. Это не так просто, как с заклинаниями, когда все уже придумано до тебя, но владение магией на таком уровне считается высшим пилотажем. Эдвин был уверен, что Франк Терри, его куратор и легенда магии, очень многие вещи делает без заклинаний, для него магия как продолжение руки, как часть тела, и управляет он ей без дополнительных инструментов.

Сказать оказалось намного проще, чем сделать. Когда дверь легонько толкнули, и на пол приземлилась давно забытая чашка с водой, маг вздрогнул, и цельный кусок льда, который по его задумке должен быть чашей (бокал, все же, слишком сложно для начала), полетел на пол. Неудивительно, что Бернард от такого пробуждения в буквальном смысле подскочил на кровати, и зло уставился на виновника шума.

— О, вы уже проснулись, — виновато улыбнулся Эдвин, и, стараясь игнорировать недовольство больного человека, прошел к двери.