— Исполню, князь, подберу. Только это… — Тут Илья запнулся. — Неужто недругов ждем?

— Может, недругов, — улыбнулся я беспечно. — А может, и за городом присмотрят, коли пожар начнется, упредить смогут. Все узнаешь, когда время придет. Пусть так всегда будет, и неважно, в городе я али нет. Вон как заполошный колокол столько лет висит, вот и за городом пусть следят.

Илья ничего не ответил, лишь бороду почесал и пожал плечами, мол, княжеские причуды.

Возле дворцового крыльца уже отдельной кучкой стояли мои люди, включая Агапку. Вот только подьячего Савелия не было видно, имелась у меня насчет него мысль, хотел предложить ему остаться и возглавить, так сказать, мою администрацию. Рано, конечно, об этом еще с ним говорить, надо глянуть, как он справится со сбором тягла, но мысль была.

— Здравы будьте, православные, — улыбнулся я. — Савка-то где?

— Плохо ему, головой мается, — с ехидцей первым откликнулся Елисей.

— Илья, пусть Савке рассолу огуречного да капустного поднесут и ни капли хмельного, — распорядился я. Илья тут же кликнул какую-то девку и передал мой приказ, а мы направились в собор. Возле которого уже собралась немалая толпа горожан. Которые с интересом и любопытством на меня поглядывали, а кто-то сторонился и смотрел со страхом и исподлобья. Кто ж его знает, что от этого молодого князя ожидать, уважаемого человека в городе за раз всего лишил и чуть не повесил.

На службе рядом со мной стояли дед и Олег, по правую руку по праву родичей, по левую руку встали воевода с земским старостой. За мной же потеснились Василий, Елисей, Агапка и Илья, а там уже горожане по степени значимости.

Отстояв службу, прихватив воеводу Агафона и старосту Ждана, я устроил себе экскурсию по городу, выясняя разные нюансы для себя. Даже в несколько башен зашел и пушки осмотрел, которые там стояли и наверняка еще были отлиты в пору моего прапрадеда. Рядом лежали ядра, небольшие, диаметром, может, сантиметров семь.

Воевода пожаловался, что пороху немного, да и стены в нескольких местах прохудились, да и ров почистить не мешает, заилился.

Я же только кивал, запоминая, и задавал новые вопросы. Даже на берег Волги сходили, посмотреть на рыбаков, что кидали невод, рядом же стояла парочка коптилен, откуда шел просто умопомрачительный запах.

Волга была здесь не такой уж и широкой, метров шестьдесят в ширину или чуть больше, и никакого моста, так что перебраться можно было только на лодке или пароме.

Вернувшись в палаты, мы отобедали, чем бог послал. Княжий стол, чего уж тут сказать, в основном преобладали блюда из рыбы, я это еще вчера заметил на пиру, но была и птица: гуси и утки.

— Как казачки? — поинтересовался я, ни к кому не обращаясь.

— Пленники связаны и сидят в темнице, — тут же прореагировал Илья, которому я дозволил усесться за стол в начале трапезы.

— Вот и славно, — кивнул я. — Елисей, развяжи их и снеди им дай, но немного. Так слегка брюхо набить, и еще пару бочонков хмельного.

— Чего это им? — буркнул Олег, на что я только улыбнулся.

— Ничего, пусть выпьют. Ты же, Елисей, не уходи, а будь рядом с ними только, чтобы тебя не видно и не слышно было. Да послушай, о чем они говорить станут, потом доложишь мне.

— О как, дельно, — улыбнулся Елисей, поняв мою задумку.

— Еще бы, подопьют, языки развяжутся, вот и выясним, удалось ли Федотке дело сделать али нет, — прогудел дед. У него все на лице было написано, что-то вроде «мой внук, моя порода».

— Я же монастырь посещу. С игуменом поговорю и не только с ним, — сделал я прозрачный намек.

Захватив грамоты и кошель с серебром, как подарок игумену, мы переправились через Волгу на пароме.

Монастырь располагался метрах в пятистах от берега, его окружали белокаменные стены, возле которых раскинулся посад.

— Благостно, — протянул Василий, когда мы прошли сквозь ворота и огляделись.

Перекрестившись, мы двинулись по тропке, что вела к самой большой церкви, и, когда до порога оставалось пару метров, на пороге появился священник.

— Здравы будьте, братья во Христе, и добро пожаловать в Свято-Успенский монастырь. Что же привело вас? Беда какая али печаль? Может, помолиться желаете или принять послушание? — произнес священник.

Он был огромен и ничуть не уступал в размерах моему деду, который с неудовольствием и ревностью на него смотрел и хмурился.

Ну еще бы, такой лоб явно должен был пойти по воинской стезе, а он. В общем, негодяй еще тот.

— Здрав будь, отче, — кивнул я. — По делу мы здесь, да не простому. Иова видеть желаю, — вскинув голову, ответил я, приподняв руку с перстнями к лицу.

— Гхм, — закашлялся священник. — О сем лучше с Игуменом говорить, путники, я сейчас его позову, — вновь прогудел священник и прытко нас покинул.