— Я за это тоже процент буду отчислять! — уверяла она меня. — Площади, глина, инструменты. Обжиг, в конце концов.

Обжиг — это да, соглашалась я. Муфельная печь кушает от души.

Учёт и контроль Тамара Николаевна вела в гроссбухе, исписанном со всех сторон, попутно испещрённом набросками и слегка испачканном глиной. Мне казалось, что царит там совершенный хаос. Однако, в конце июня глиняная лепщица каким-то чудом свела это всё воедино и принесла мне восемьсот шестьдесят две тысячи денежек.

Вау.

Нет, я впечатлилась, честно. Я-то думала, что там фига с маслом, а оно вона что!

Так что пока я была в плюсе. Не сказать, чтоб в сильно огромном, но тем не менее.

И, самое главное, прекращать работу в июле она не собиралась. Отличная новость, вообще!

НИЧТО НЕ ПРЕДВЕЩАЛО

Как только решение о переделки «комнаты с ковром» в кабинет созрело окончательно, я попросила Василича перед очередной халтурой помочь мне с перевозкой компьютера и швейной машинки в «Шаман-камень». А чего тянуть-то, в самом деле? Так и так я там целыми днями сижу, керамистку караулю. Честно, немножко она была не от мира сего, и доверить этой витающей в облаках тёте ключи от всего центра я бы не рискнула. Так что на работу я ходила как штык, пять дней в неделю, и всё, что можно было переделать без компа, включая эскизы рекламы на новый учебный год, которую нужно было разместить в наших окнах-витринах, я уже переделала.

Перевезли они мне компьютер. Пока что я поставила его на стол администратора, чтобы чётко контролировать ситуацию на входе, и работала за ним, когда к Тамаре Николаевне посетители шли. А вот когда поток человечков прекращался, и творческая глиняная натура отправлялась к себе в кабинет, творить сувениры, я запирала вход изнутри и удалялась к себе в облюбованный свой маленький кабинетик, который можно было бы назвать директорской, если бы не вечный царящий там рабочий хламовник. То, я говорила, я там рекламу отрисовывала, теперь вот новый костюм шью — большая игра же в августе, надо сильно выступить! На очереди Вовкин, там надо его прилично как рыцаря нарядить, тоже головная боль ещё та…

Первая неделя июля прошла спокойно и даже где-то умиротворённо. Вова впахивал с Василичем с утра до вечера. Довольные оба приезжали, как слоны. Саша в особенности. С Вовкой на пару, я так понимаю, у него получилось таких жирных заказов набрать, к которым раньше он один никак подступиться не мог, так что Вовку он с энтузиазмом и привозил, и увозил, и оба рассчитывали, что проработают на халтурах до самых осенних дождей. А репутация у Саши была хорошая, и три садоводства уж в очереди ждали, чтобы сделать свет на новых улицах.

Накануне очередного круга оба приехали такие по-особенному приосанившиеся — видать, сегодня при деньгах, хе-хе.

— Завтра дождь обещали, — сказал Саша, — да по садоводству дел накопилось, выходной сделаем.

— Без проблем, — согласился Вовка.

Без пауз-то работать — тоже, извините, удовольствия мало.

Утром он поджидал меня на переходе около сто двадцать третьего садика, и на ГЭС мы пошли вместе.

— Ну, я, допустим, шить сегодня буду, — вопреки моим надеждам всё-таки пошёл дождь, и я накинула капюшон куртки, — а ты?

— А я хотел к Александру Иванычу в магазин зайти. Может, он там подобрал мне что-то? Да потом тебя оставлю, сгоняю кой-куда.

— Что за секретности?

— Да не секретности. Помнишь, я тебе про парня рассказывал, который лаборантом в институте работает? Хотел к нему съездить, насчёт игрушек новых поговорить.

— И поиграть? — подколола его я.

— Ну, разве что попробовать, — Вова пару шагов прошёл в задумчивости и выдвинул новый аргумент: — Вдруг я что-то смогу на твой комп поставить?

— Ну, может быть, — не стала спорить я. — Назад поедешь, молока купи в коробочке, пока вечер сидеть будем, чаю хоть попьём.

— А чё мы заранее не купили? — он остановился и махнул рукой назад, на магазин.

— Так холодильника-то нет, прокиснет за день, — да, холодильник я пока никак не собралась перевезти. — Я в обед по-хитрому схожу с папой чаю попью. А вечером с тобой вместе посидим, вдруг Тома задержится.

Бывает с ней такое. Ну, не успевает человек. Сидим, караулим. Учитывая, что Тамаре Николаевне каждый день её лепщики несли пусть небольшие, но денежки, и к концу месяца я рассчитывала на сумму точно не меньшую, чем в прошлый раз…

— А если не задержится?

— Ой, проблема! Домой понесём.

— А круг?

— Блин, про круг-то я забыла… А он будет, если дождь разойдётся?

— Честно говоря, дождь-то такой — не поймёшь: будет-не будет к вечеру.

— Ладно, сам по обстоятельствам смотри. Но имей в виду: я по мокруне хочу ехать, лужами там хлюпать. Так что если что — забеги один.

На этом мы договорились, и Вова помчал вроде как игрушки смотреть. Но вышло всё совсем по-другому.

ВНЕЗАПНОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ