Талискер поднялся.

— Пойдем посмотрим.

Они нашли его в миле от южных ворот Сулис Мора. Макпьялута упал с небес. Кровь лилась из ран, и он не смог удержать обличье орла — вновь стал воином сидов. Принц лежал в узкой расселине со сломанными руками и ногами, изогнувшись под таким углом, что было ясно — позвоночник тоже сломан. Несмотря на сильную боль, он оставался совершенно спокоен и даже улыбнулся, увидев спускающихся по камням людей.

— Белая Орлица предсказала ваш приход. Остальное за тобой, Та-лиис-кер. — Он произнес имя так, как оно звучало в легендах сидов.

— Но ведь Белая Орлица мертва? — удивился Малки. — Разве нет?

— Она летит, летит в Лизмаир.

— А где Деме?

— Ее убил Эскариус, из-за Бразнаира. — Макпьялута закрыл глаза, чувствуя, как убывают силы.

Талискер опустился рядом и заглянул в окровавленное лицо.

— Макпьялута, где Бразнаир?

— Вот он, — ответил Чаплин.

Снег рядом с Макпьялутой озаряло теплое зеленоватое сияние. Дункан обернулся было к камню, однако принц с неожиданной силой притянул его к себе.

— Подойди ближе. Я хочу поведать тебе повесть сидов, чтобы все знали о наших деяниях. Без нас феины исчезли бы…

— Может… — начал Малки, но Талискер поднял руку, призывая того к молчанию.

Макпьялута положил руку на грудь Дункану там, где билось его сердце.

— Чувствуешь? Ты чувствуешь, как бьются сердца сидов?

Талискер непроизвольно закрыл глаза.

Он видел. Он чувствовал. В теплом сиянии Бразнаира он перенесся в Лизмаир. Все звери жили одним народом, мирно и счастливо. Только собравшись там, могли сиды принять свое истинное обличье, и Талискер понял, что вся радость их бытия сосредоточена в звериных образах — все знание, видение жизни и красота мира. Человеческий облик — лишь тень сида, и все же они жили в Сутре почти все время именно в виде человека, потому что старались дружить с кланами феинов, которые инстинктивно не верили медведям и волкам и лишь чуть лучше относились к рысям и орлам. Лизмаир же оставался домом их душ.

Донесся голос Макпьялуты, произносящий слова пророчества:

— Когда появится Талискер, вперед выйдут орел, медведь, рысь, волк и орел. Круг душ замкнется, и путь в Лизмаир будет открыт. Сиды станут свободны. Бразнаир…

Макпьялута умер, познав правду и сам став свободным. Талискер обернулся к Малки и Чаплину. По его лицу струились слезы.

— …заберет их домой, — закончил он за принца. — Бразнаир заберет их домой.

— Что ты видел, Дункан? — спросил Малки.

— Их пророчество. Они неверно понимали его. Оно говорило о том, что нужно оставить прошлое за спиной, что Сутра их новый дом. «Вперед выйдут орел, медведь, рысь, волк и орел…» Речь шла о порядке смертей. Они верят, что их души возвращаются в Лизмаир. Мирранон, Тайнэ, Деме, Эскариус — его убил Макпьялута, — а теперь и сам Макпьялута.

— Деме?

— Да. Они все умерли, чтобы мы нашли Бразнаир и спасли феинов, даже если не знаем, как это сделать. Даже если нас покинули боги. — Он поднял камень, который передал ему Чаплин, покрытый кровью и снегом. — Видите, на нем засохла кровь. Он проклят…

Талискер вновь устремил взгляд в расселину.

В подвале, где спали Фер Криг, происходил разговор, который вряд ли смогло бы уловить человеческое ухо. С каждым словом беседа становилась все громче, и тени в углах комнаты принимали все более определенные очертания, пока наконец из стены не вышли две фигуры. Они спорили.

— Повторяю, Рианнон, я не в силах разбудить их без камня. Как ты могла предложить мою помощь, не поговорив для начала со мной? Это же вопиющая глупость!

Рианнон изобразила на лице раздражение.

— Кернуннос, ты бог. В твоих руках жизнь и смерть, ты повелеваешь душами умерших. И что ты мне говоришь?

Кернуннос стоял около каменной плиты, на которой лежал Уисдин. В холодной темноте комнаты он напоминал огромную тень, лишь ярко сверкали зеленые глаза.

— Ты видишь, что здесь происходит? Корвус бросил мне вызов. Коранниды похищают души феинов, и с каждой новой смертью он становится сильнее, а мы — слабее. Но ты ведь никогда не понимала всех хитросплетений игры богов, верно?

— Мне не нравится твой покровительственный тон, брат, — разозлилась Рианнон. — Ты тысячу лет сидел в темноте, забирая души уставших феинов, и так же виновен в их бедах, как и я. Смотри, до чего дошло. Неужели ты не в силах вернуть к жизни пять людей?

— Я уже вернул их к жизни, Рианнон, — произнес Кернуннос терпеливо, будто объясняя простейшую вещь ребенку. — Сеаннах Алессандро Чаплин обратился ко мне, прочтя «Ур Сиол», и я не смог отказать ему.

Рианнон изумленно покачала головой.