Не успел я пробежать и половину галереи складских разгрузочных пандусов, как из-за угла в конце улицы появилась фигурка. Мне не надо было разглядывать её в бинокль, только увидев, я сразу узнал – Ленка! Уффф! Неужели все разрешилось?! Я пытался отогнать радость, но улыбка сама лезла на лицо.

Она тоже, похоже, узнала меня и побежала навстречу. Ей осталось метров двадцать, когда Элен вдруг резко остановилась. Рот у неё открылся, словно она хотела крикнуть и не могла; она с ужасом глядела на меня. Я машинально осмотрел себя – все в норме – поправил автомат и оглянулся.

– Сука! – вырвалось у меня. В начале складской улицы, метрах в ста пятидесяти, гарцевал на своем драконе охотник. Это был именно он, сомневаться не приходилось. Все так, как рассказывали: здоровенный полуголый мужик с бородой и развевающимися космами волос. Пятнистая шкура, накинутая на плечи, оставляла голыми руки и ноги с гипертрофированными мышцами. Как не был страшен охотник, тварь, на которой он сидел, была еще страшнее. Это был как бы конь, но и не конь – тело коня и вытянутая голова рептилии. Даже с этого расстояния были видны белые острые зубы, он скалился и иногда выдыхал пламя. Из-за этого их и называли драконами. Всадник заметил нас, победно зарычал на весь порт и завернул поводьями голову "коня", направляя его в нашу сторону.

У меня внутри все упало. Я понимал, что с этим порождением зла мне не справиться и от него не спрятаться, а Калашников для него, все равно, что новогодняя хлопушка – только звук. Я опустил руки, но в этот момент сзади раздался крик:

– Саша! Беги! Пусть он заберет меня!

Это было равносильно удару электрическим током. Я чмо! Сдался! Девчонка отдает себя за меня! Больше не раздумывая, я кинулся к ней.

– Бежим!

Элен на секунду замешкалась, но, видимо, страх давно гнал её – она развернулась и помчалась впереди меня. Я надеялся только лишь на то, что в каком-нибудь из складов, окажутся открытыми двери и лестница на пандус не будет сломана, тогда у нас с Элен будет призрачный шанс спрятаться внутри здания.

Глухие удары копыт равномерно звучали за спиной. Я оглянулся, охотник, злорадно улыбаясь, шагом ехал за ними. Казалось, его забавляла эта погоня. В руке у него уже появился знаменитый черный кнут – то оружие, о котором было столько рассказов в городе.

– Беги! Не останавливайся! – закричал я, почувствовав, что Элен притормаживает. Но она все равно остановилась, и я чуть не сшиб её на бегу.

– Что? Надо бежать!

Я схватил её за руку и потянул Элен за собой, но она упорно не хотела двигаться. Я только сейчас разглядел, что она показывает вперед, туда, откуда появилась.

– Саша, смотри!

В этот момент я понял, что копыта за спиной больше не гремят, и кинул взгляд вперед, куда указывала Ленка. «Все! Теперь уже точно не уйти». Вдали, из-за последних складских помещений, выплыла фигура женщины в длинном, до земли, переливающемся сером платье. Даже издали было видно, какая она высокая, наверное, полтора моих роста. За спиной над плечами поднимался нарост, похожий на крылья, из-за этого их и прозвали Ангелами. Лица было не разглядеть, по словам тех, кто видел Ангела, его и рядом не разглядеть – оно постоянно меняется.

Мы стояли, обнявшись, между двух неземных тварей и ждали смерти. Теперь, когда стало понятно, что наша участь решена, мне стало даже легче. Спасибо кукловоду, который распоряжается нашими судьбами, что дал мне умереть так – рядом с Ленкой. Элен прижалась ко мне – тоже поняла, что это конец. Вдруг она сжала пальцами мой бок.

– Смотри-смотри, что это с ним? – горячо зашептала она.

До страшного наездника, которого я в уме назвал "всадник Апокалипсиса", оставалось не более двадцати метров. Но он, вместо того чтобы ехать к нам, гарцевал на месте – "конь" фыркал и недовольно рычал, перебирая копытами и крутя зубастой пастью. Охотник рычал в ответ и натягивал поводья с такой силой, что голова зверя задиралась, и он топтался на месте. Простое, словно топором рубленое, лицо охотника выражало явную нерешительность, похоже, он побаивался приближавшуюся даму.

Мне вспомнились рассказы старожилов о том, что эти двое – охотники и Ангелы, не очень-то привечают друг друга, рассказывали, что между ними бывают даже конфликты. Однако все это было только на уровне баек, большинство из тех, кто встретился с этими тварями близко, уже ничего не расскажут – их либо увез с собой охотник, либо они отдали жизнь Ангелу.

Я перевел взгляд на приближавшуюся серую фигуру. Черт! Как же она красива! Я с трудом стряхнул наваждение и оторвался от прекрасного, постоянно меняющегося лица женщины; тысячи лиц античных богинь жили в нем. Но она тоже не обращала внимания на меня и мою подругу! Значит, все-таки им надо сначала разобраться между собой, и лишь потом наступит наша очередь, – мысли мои понеслись, – это, возможно, наш последний шанс. Я тихонько стал отходить к пандусу, увлекая Элен за собой. Она поняла и тоже начала медленно переступать, двигаясь рядом со мной. Уткнувшись в стенку пандуса, мы остановились.

В это время охотник все-таки решился: он поднял зверя на дыбы, зарычал на весь порт и, хлестнул кнутом по мостовой так, что камень лопнул. Потом помчался прямо на Ангела. «Женщина» совсем не испугалась – в её руке тоже появился хлыст, она подняла и крутанула его над головой. Хлыст со свистом разрезал воздух. Её оружие было настолько белым, что от него шло сияние. Оно напомнило мне световые мечи из виденного в прошлой жизни американского фантастического фильма. И в этот момент мы услышали то, о чем всегда с восторгом говорили очевидцы, которым посчастливилось увидеть Ангела и уцелеть – голос этой твари. Она заулыбалась и открыла рот – над портом разнесся чистый звон серебряных колокольчиков, приправленный высоким звучанием скрипки и соло кларнета. Звуки были громкие, но совсем не били по ушам, наоборот, эту музыку хотелось слушать еще и еще.