Мерей ощутила ужас. Её сердце замерло и болезненно сжалось. Перед её глазами мелькали искры и в этом безумии можно было разглядеть искажённые болью лица. Всё это видела она одна. Так как все остальные в зале продолжали покачиваться в такт мелодии, не замечая ничего необычного.

«О чём же говорит эта музыка?» — промелькнула мысль и тут же растворилась в новых звуках.

После того как затих пожар, вокруг ещё долго гулял дым. Люди бродили в этом ядовитом тумане, пытаясь осознать что произошло, найти выживших и почувствовать хоть что-то, кроме отчаяния.

Это была симфоний выжженной плоти, запаха углей, дерева и раскалённого металла. Песнь камня и боли.

Мерей передёрнуло от всего этого. Она встала и поспешила выйти на улицу. Одно неловкое движение и бокал полетел вниз. Влекомый гравитацией, он разбился. На осколках блестели капли алой жидкости, будто утренняя роса. Звон стекла оказался полностью поглощён музыкой, и никто не обратил внимания на этот инцидент, кроме вокалиста, который не сводил взгляда со своей новой знакомой.

Наблюдая за ней, он улыбнулся и печально пропев несколько слов ей вслед, закончил играть. Уже за пределами клуба, девушка большими глотками вдыхала ночной воздух. Сердце билось в неистовом ритме, будто за ней кто-то гнался, но это были всего лишь образы.

Она стояла на улице и пыталась восстановить дыхание и унять сердце. Сколько прошло времени, Мерей не знала, но немного успокоившись, она поспешила вернуться в клуб за курткой и уже там снова встретила его.

— Что-то забыли?

— Да, свои вещи! — дерзко ответила Мерей, копаясь в сумке в поисках номерка.

— Видимо, вас очень сильно задела музыка, — задумчиво протянул парень.

Нащупав номерок, Мерей положила его на стойку и дождавшись гардеробщицу, выхватила у той из рук куртку. Страх снова овладел её душой. Такое количество людей, зрелищные картины в голове, запахи — всё это пробуждало в ней нечто ужасное. Некого спящего зверя, которого она никак не желала выпускать. Страх подкрался со спины и схватил за глотку, сжимая когти всё крепче и крепче. От этого стало тяжело дышать.

— Вам плохо? — он вышел следом и всё видел, именно поэтому произнёс громче.

Девушка вздрогнула, мгновенный испуг отвлёк её от прежнего ужаса. Она обернулась и облегчённо выдохнула. Ей на самом деле стало легче.

— Нет, всё хорошо, — уже менее раздражённо отмахнулась она, — Просто паническая атака.

— От простой мелодии?

— Оказалось, что я весьма впечатлительна.

— Но только ли в этом дело? Я чувствую, что с вами творится. Вы ведь не человек? — Мерей небрежно кивнула, но в её глазах появился вопрос, — Да, я тоже не человек, — ответил он, словно бы читая мысли.

— Но я совсем не чувствую… — произнесла она едва слышно.

— Это и неудивительно.

— Тогда, может скажешь кто ты?

«Если его послал Андре, придётся бежать», — подумала Мерей, отступая и надеясь, что у неё получится избежать драки.

Но парень не двигался и выглядел совсем неагрессивно.

— Таких как я, называют Тень… у меня нет души. Я мёртв от обстоятельств, которым ранее вы стали невольным свидетелем, — запустив руки в карманы, он не спеша направился вперёд по серому асфальту.

Тогда…

Дождь барабанил по оконному стеклу, и в этом стуке отчётливо слышались стоны. Маленькие капли отчаянно молили о том, что бы девушка впустила их внутрь, но Мерей лишь безучастно наблюдала за этим представлением.

Ей было больно, так больно, как никогда. Будто кто-то вырвал ей сердце и безжалостно раздавил пальцами ещё бьющийся комок плоти. Это было ужасное ощущение, и у этого состояния был свой автор.

— Димитрий, — тихо произнесла она со злостью в голосе.

Стук капель стал ещё сильнее. От этого ощущение холода только усилилось. Чужая жестокость способна уничтожить душу и Мерей чувствовала, как капля по капле, вместе с шумом дождя из неё уходит тепло.

Острым лезвием, души касались тревожные мысли, заставляя сердце ныть от боли ещё сильнее.

Мокрые волосы облепили лицо, словно щупальца осьминога. Волнистые пряди от влаги стали закручиваться кольцами, но ей не было никакого дела до причёски. Мерей сидела на полу, вглядываясь в тусклые цвета плохой погоды.

— Открой, пожалуйста! — послышался требовательный голос лучшей подруги, но и он, не смог выдернуть девушку из печального созерцания.

Внутри была пустота, настолько всепоглощающая, что в ней, можно было утонуть.

С безразличием, Мерей отметила, что ей всё равно, сколько прошло времени и какой сегодня день. Время остановилось и на смену слезам, пришёл холод.

«Наверное, это и называют смертью!» — подумала она, сосредоточив всё своё внимание на одной капле, которая всё никак не спешила срываться вниз, оставаясь округлым бугорком на прозрачной поверхности.