Размышляя о своем спасении, Абуни совсем не обращался мыслями к своему дому. Он думал только о том, как бы выжить и дотянуть до того счастливого дня, когда отец вернет долг Эйянациру и заберет его из-под власти купца.

В час заката грузчики оставляли свою работу, и Абуни мог подойти к писцу и предложить ему свои услуги.

В гавани Дильмуна был маленький зеленый оазис, где несколько финиковых пальм давали тень. Здесь сидел на тростниковой циновке старый человек, облысевший и худой.

– Позволь мне посидеть рядом и посмотреть на твою работу, - попросил Абуни, низко склонившись перед писцом.
– Я учился в "доме табличек" в прекрасном городе Уре, соскучился я о табличке и тростниковой палочке.

– Почему ты здесь?
– спросил старик и посмотрел на Абуни строго и сердито.
– Учился в городе Уре, а таскаешь корзины в Дильмуне. Мне кажется, что ты самый молодой среди всех рабов-грузчиков.

Абуни торопливо рассказал о своей беде, рассказал о своем отце, который обязательно вернет долг Эйянациру и заберет его домой.

– Позволь мне посидеть рядом, а может быть, дашь мне сырую табличку, и я заполню ее красиво и аккуратно, - взмолился мальчик.

Писец отложил в сторону недописанную табличку и пристально посмотрел на Абуни. Мальчик был худеньким, с впалыми щеками и печальными глазами. "Он похож на моего старшего внука, - подумал писец.
– Только мой внук сыт и глаза у него веселые, а этот... бедняга".

– Садись, я дам тебе табличку и скажу, что писать на ней. Твоя беда меня растревожила. Возьми ячменную лепешку, запей пивом из моего кувшина. Растревожил ты меня, малый. Надо тебе помочь. Садись поешь.

Писец видел, с какой жадностью поедал сухую лепешку худенький мальчик-грузчик из рабов хозяина. Старик давно, очень давно трудился в гавани, ведя бесчисленные записи о прибывших товарах, о кораблях и корабельщиках, которые прибывали в Дильмун для торговых дел. Но впервые он видел такого юного грузчика. Он подумал о том, что мальчик может погибнуть от голода и непосильной работы. "Отец его тратил свое скудное достояние на учение в "доме табличек", надеясь вырастить толкового и грамотного писца. Я должен помочь мальчику".

Поев и отдышавшись от приятной тяжести в желудке, Абуни принялся переписывать предложенную писцом табличку. Он писал медленно и так старательно, как, пожалуй, никогда еще не писал.

– Вот не ожидал!
– воскликнул писец, рассматривая запись, нет ли ошибок, не пропущено ли какое-либо слово.
– Ступай к себе на ночлег, а завтра ранним утром приходи ко мне, я договорюсь с хозяином и возьму тебя в помощники. Тут накопилось много работы. Кроме меня, некому ее сделать.

С тех пор как судьба занесла его в этот Дильмун, где его поджидали только одни беды и несчастья, Абуни впервые пришел на ночлег в добром настроении, с надеждой на лучшие дни.

"Я проживу и без цветка бессмертия, - подумал Абуни и весело рассмеялся, укладываясь на жесткой циновке.
– Благословен "дом табличек", умение писать спасет меня. Я молод и жив. Как хорошо, что я не спустился на дно морское, не искал таинственный цветок. Мог бы утонуть. Добрый Энки, не ты ли спас меня от гибели? Не ты ли вразумил меня? Однако плохо мальчику жить вдали от родного очага. Ой как плохо! Когда вернусь, больше никогда не покину дом своего отца. Я знаю, отец меня выкупит. Ведь я самый старший и самый умный в семье, где шесть ртов ждут пищи".

С этими мыслями Абуни крепко уснул. Ему приснилась мать с глиняной чашей козьего молока в руках.

Сон был долгим и сладким, Абуни мог проспать, но его разбудили пинком ноги в бок, и мальчик вскочил, тут же вспомнил писца и побежал к нему, радуясь новому дню и надеясь, что новый день не принесет ему тех страданий, которые заставляли его плакать по ночам. "Я сегодня сильный, подумал Абуни, - ячменная лепешка и глоток пива принесли мне силу. Какой добрый человек этот писец, а с виду такой злой и сердитый".

С какой радостью Абуни взял в руки сырую табличку, с каким старанием сделал ровные линии, протянув веревочку! Как засветились весельем его глаза, когда писец сказал, что договорился с хозяином гавани и получил согласие взять к себе в помощники мальчишку.

– Я буду очень старательным, - сказал Абуни, принимая от писца табличку для переписки и горсть фиников.
– Ты не пожалеешь о том, что взял меня в помощники.

Абуни оправдал доверие дильмунского писца. Он писал красиво и без ошибок. Может быть, потому, что с ним всегда была корзинка с табличками, приготовленными ему Сингамилем, где можно было найти образец расписки или торгового соглашения. Абуни был счастлив, он обрел покой и благополучие, какого не ожидал найти в чужом городе. Дильмунский писец оказался добрым и заботливым человеком. Он искренне хотел помочь бедному мальчику, попавшему в беду. Набайи, так звали писца, позволил Абуни спать на крыше своего дома. А главное, он кормил его щедро. У писца была роща финиковых пальм, и он, торгуя финиками, обменивал эти вкусные и сладкие плоды на ячменное зерно, чеснок, лук и горчицу. Частенько бывала и свежая рыба, которую в доме Набайи пекли на горячих углях. Абуни лакомился вкусной едой и вскоре стал здоровым и веселым мальчиком. Он был благодарен писцу за спасение и потому выполнял свою работу очень старательно.