Громила резко повернулся в нашу сторону и, как следует всмотревшись в наивные глазёнки маленькой курсантки с позывным Вишня вдруг... рассмеялся.

– Спокойно, Бизон.
– Напряжённым голосом попросил наш мастер-сержант.
– Не стоит тебе встревать в, и без того непростую, ситуацию.

– Это я сам решу, Гризли.
– Процедил сквозь зубы Бизон.
– А ты, я смотрю, ухватил себе самых отвязанных ребят в этом наборе?

Я про себя ухмыльнулся. Было весьма забавно узнать, что стопроцентно угадал позывной рыжего. Ну, а предъява Бизона нашему мужественному мастер-сержанту и вовсе звучала как комплимент.

– Кадры решают всё.
– Философски-нейтрально предпочёл ответить Гризли.

А рыжый уже нависал над нами, с изумлением разглядывая каждого в отдельности и всех скопом.

– Не верю.
– Наконец вынес свой вердикт он.
– Ну просто в голове не укладывается, что вот эти шестеро малявок смогли уложить более тридцати бойцов из моей группы!

– Не забудь прибавить, что только благодаря моему вмешательству, пятерых они взяли в плен.
– Тут же подъебнул, то есть сыронизирвал Гризли.
– Так что, вечером с тебя причитается.

– Ну ты и наглая морда, Гризли.
– Расстроенный таким поворотом буркнул Бизон.
– Моим накостыляли, а я ещё и проставляться должен?

Наш мастер-сержант не успел ничего ответить, так как на столе у секретарши что-то блюмкнуло и она пригласила всех пройти в кабинет.

– Господин ректор ждёт вас, господа.
– Оповестила она, и кивнула в сторону обитой тиснёным кожезаменителем двери.

Мы по очереди прошли в святая святых Военно-Магической Академии и чинно расселись вдоль длинной ножки гигантского "Тэ"-образного стола.

"Блин! Да на нём не то, что в настольный, в Большой теннис играть можно".
– Совершенно не к месту подумал я, а заседание, тем временем, началось.

– Поскольку все присутствующие так или иначе друг друга знают, сразу перейду к делу.
– Нисколько не изменившийся с утра ректор сразу взял быка за рога.
– Я ознакомился с видеоматериалами, присланными мне службой безопасности Академии и, в первую очередь, хочу поинтересоваться у вас, уважаемая Мамба. За каким, извините хреном, староста вашей группы и, в сущности, лучшая ученица курса, попёрлась гнобить только что поступивших первокурсников?

В голосе ректора недвусмысленно зазвучали металлические нотки и, превратившаяся из чёрной в серую, госпожа Мамба, слега заикаясь пробормотала.

– Я... Я не знаю, господин ректор.
– И тут же, мастерски съехала с темы, переведя стрелки на нас.
– Может, виновники тожества честно ответят на ваш вопрос?

– Эльф! А почему они у этой белобрысой дуры не спросят?
– Громким шёпотом осведомилась у меня Вишня. И, поясняя мне а, заодно и всем присутствующим такую простую и доступную мысль, продолжила.
– Она ж лучше всех знает, зачем припёрлась.

"Браво, Леська"!
– Мысленно поаплодировал я Чудо-Ребёнку, а потом погладил девочку по голове. Непростая у меня приёмная дочка. Со-овсем не простая.

Отчего-то такая незатейливая мысль вызвала у Мамбы приступ неописуемой ярости. Она вскочила, уперев длинные накачанные руки в стол, и злобно зашипела на Вишню.

– Т-ты-ы.
– Воздух со свистом проходил сквозь судорожно сжатые зубы Мамбы, но продолжить ей не дали.

Видя, что наезжают на её дочь, сидящая на другой стороне стола Марина дистанционным толчком усадила чернокожую преподавательницу обратно. А бывший начеку Бизон по-простому ухватил Мамбу за воротник, не давая той вскочить снова.

– Мисс н-Гвана.
– Укоризненно глянул на незнамо от чего возбудившуюся преподшу.
– Прошу вас, ведите себя корректно и сдержанно.
– И, призывая всех присутствующих к порядку, пояснил.
– В конце-концов, мы здесь и собрались для того, чтобы разобраться в происшествии. А вовсе не затем, чтобы сводить счёты и, заодно, превратить в руины мой кабинет.

Все согласно и облегчённо закивали, а ректор взял лежащий перед ним пульт и включил огромную, метра под два по диагонали, плазменную панель.

– Итак, господа.
– Повернулся он к экрану.
– Смотрим показания самого беспристрастного и справедливого свидетеля.
– Возвестил он и включил видеозапись.

Видеорегистратор сначала показал пустой коридор. Затем появилась "великолепная десятка" и, встав напротив выхода из аудитории, принялась ждать. Потом открылась дверь и вышел мастер-сержант. Стоявшие в засаде вытянулись и приветствовали наставника.

После того, как широкая спина Гризли удалилась, и повалили наши одногруппники, супостаты заволновались и стали внимательно всматриваться в лица проходящих мимо них юношей и девушек. Наконец, в коридоре появились мы, и началась веселуха.