— Вижу таверну, ложусь на курс. Надеюсь, там не все вино скисло.

Не скисло. Нашелся бочонок вполне приличного красного. Я пиво предпочитаю, но уж больно гнетущее впечатление производит заброшенная деревня.

— Монк, ты обещал рассказать о Святости и уровнях, — к чести Джессики, тему она подняла, когда мы выпили четверть бочонка, а то и больше, — тебя поэтому назвали Триждырожденным?

— Это к Киллану вопрос. Насчет уровней… Первый раз мы спасали Тень Мусаси, нашего лидера. Его… заперли в виртуальности и пытали.

— Это невозможно!

— Забудь нахер эту фразу на ближайшие пару часов и слушай! Мне и так нелегко.

— Прости, Монк-сан, я действительно…

— И ты тоже!

В общем. Существует некий ритуал, способный запереть человека в виртуальности. Нам удалось спасти лидера, попросту отправили на перерождение, но вот уйти уже не смогли. Этот же ритуал позволяет путем многократных смертей спустить уровни ниже «золотых». И даже ниже десятого. Подробности ритуала не знаю. Есть мысли, но сейчас это не к месту.

— Второй раз… я выкарабкался. Выжил. Начал заново. Нет, Кими, ни Ронина ни Аду я больше не видел. А после… есть такая небольшая деревушка недалеко от границы Республики и Ванто, называется Дженторак.

Несколько игроков решили получить благословение Тамиры, осквернив один из храмов ее извечной соперницы. А что может быть веселее, чем принести в жертву жреца на алтаре его же богини? Я был тридцать пятого уровня, они за сотню каждый. Нет, как я и говорил, Тамира не враждует с Элайей. По лору. По всем правилам, нельзя опустить игрока ниже «золотого уровня». Ага. Это… было больно. Очень больно. Как бы да, уровень ощущений в игре можно регулировать, даже обнулить, но… вы поняли. Я молился богине, умирая раз за разом. Уже в самом конце я проклял этих ублюдков. И богиня откликнулась. Дейвар Сувада, Лонгрин Данк, Катрин Ренхорст — каждый из них получил свое.

Я воскрес, снова первым уровнем. Лонгрин Данк теряет уровни, каждый день скатываясь к первому. Катрин Ренхорст не может войти в игру, пока не отдаст жизнь за жизнь. Дейвар Сувада, ныне известный как Дейвар Прoклятый, лидер «Легиона», обречен гнить заживо, испытывая постоянную боль. И да, создание нового персонажа не помогает — проклятие возвращается. Насколько я знаю, скандал замяли, Катрин и Лонгрин получили компенсации от «Виртекса» и навсегда ушли из игры. Дейвар остался. Более того, он стал одним из самых сильных игроков Эдена. После я своими руками восстановил часовню, и заново освятил алтарь. Получил 25 уровень, Каменотеса, Лесоруба, Строителя и Резчика, напрочь запоровших мне развитие профессий, и достижение «Святой» удваивающее силу всех молитв.

И, собственно говоря, я в игре именно чтобы разобраться, что за херня происходит вокруг. Нарушаются все правила и основы, заложенные при создании игры: Уровни сгорают только в путь, богиня тьмы враждует с богиней жизни, богиня милосердия накладывает проклятия, игрок умудряется обойти божественное проклятие непонятно как. Более того, есть подозрение, что боги Эдена действуют и в реальном мире. Но последнего вы не слышали. Это к вопросу о нашем первом споре о дядях-программистах, Гюнтер.

— Dragon fuck!

— Выпьем! Срочно! У меня плавится мозг.

– ? ?!

Японский я знаю на достаточно неплохом уровне, так что понял даже Кимико-тян. Хотя, конечно, избирательность встроенного переводчика наводит на размышления.

— Выпьем! Скёль!

— Но это же все равно бред! Этого в принципе не может быть!

— Тор, ты на свои параметры посмотри. Хочешь, я тебе свои открою?

— Crikey!

— И что дальше? — не думал, что тяжелую пивную кружку можно вращать, словно стилет между пальцев.

— Да ничего. Сегодня спать. А завтра проверяем шахту и подземелье. И да, нам нужно отстраивать храм. Но стандартные, автоматические варианты… не то. Если у кого-то есть знакомый художник или архитектор… поспрашивайте. Для особого алтаря хочется чего-то особенного. Не бесплатно, разумеется. Я заплачу из своих.

А шахта оказалась просто шахтой, даже не данжем. Прорубленные тоннели, множество отворотов, крысы.

— Судя по уровню монстров, ничего интересного нас не ждет.

— Иногда крысы — это просто крысы, Гюнтер-сан.

Основной штрек (или как это называется?) спускался все ниже и ниже, описывая довольно кривую спираль.

— Интересно, — идущая впереди Джессика рассматривает очень реалистичную статую горняка, замахнувшегося киркой.

— Золото, — на слух определил Гюнтер, — цокнув по скульптуре ногтем.

— Проклятие, — хмуро отзываюсь я.

Шепчу «Очищение» и золотая статуя становится человеком. Но ненадолго.

— Алтарь… идол… глубже. — И все, снова неподвижная фигура.