Шрифт:
Друга, как же…
– А может, это ты струсил?
– я чуть наклонилась к Илаю, слегка оттопырив ягодицы, чтобы у некоторых точно не возникло сомнений в моей смелости.
И это тоже была чистой воды провокация, которая сработала.
– Ах ты мелкая зараза!
– он шлёпнул меня по ягодице, сжав её в ладони, и добавил второй палец.
– Вы оба просто невозможные!
– наконец, выбрался из своей эмоциональной ямы наш священник, и мне понравилось, как при этом заблестели его красивые глаза.
Не зря ведь раньше говорили, что гнев терпеливых людей сжигает не корабли, а целые порты…
– Ого, мы наконец-то разбудили чудовище, - едва произнёс мой зверь, в то время, как Илай подхватил меня под бёдра, сам задавая темп и больше не смыкая век.
– Давай, святоша, покажи ей, что такое Рай!
Я не слышала, что он ответил, потому что в висках послышался знакомый звон.
«Злата, поторопитесь…» - голос Арта был едва слышен, и я вдруг заметила, что Кейна больше не было в комнате.
Это меня очень встревожило, но в следующее мгновение Тай тоже оказался во мне, и на какое-то время я опять забылась, не в состоянии думать обо всём и сразу.
А потом они оба начали двигаться по очереди, заключив в ловушку из своих их тел, так что я могла только кричать, цепляясь за широкие плечи, а ещё грязно ругаться, потому что это было невыносимо, великолепно, больно и хорошо.
– Ты никогда не заставлял меня чувствовать себя так, Адам!
– выкрикнула я, ощущая, что вот-вот взорвусь.
– Надеюсь, ты там все руки стёр…
– Ты ещё можешь о других думать, пока мы рядом?
– взбесился Тай.
– Ну держись, стрекоза.
И вдвоём они взяли такой темп, что у меня в глазах взорвалась Вселенная, и на миг я увидела перед собой красивейшее из созданий с белоснежными крыльями, зависшее в воздухе.
«Я жду тебя, девочка…»
И его необыкновенные глаза потянули за собой, не оставляя от меня ничего.
28
В себя я пришла, лёжа головой на коленях Илая.
Он не сразу заметил моё пробуждение, и пока отвлёкся, задумавшись о чём-то своём, я лучше могла рассмотреть его черты лица, показавшиеся мне очень благородными.
Этот священник сейчас больше напоминал все те древние скульптуры, чем служителя бога или наёмника, правда, откуда мне знать, как и те, и другие должны выглядеть?
Хотя, если так подумать, все мои мужья выглядели просто потрясающе…
Интересно, я когда-нибудь привыкну к этой фразе? Мои мужья. Так, главное, чтобы лицо от улыбки не треснуло!
– Проснулась?
– внезапно спросил другой голос, и всё во мне отозвалось небывалым трепетом, стоило вспомнить то, чем мы занимались.
Откуда это чувство смущения?
– А где остальные?
– я приподнялась, оглядываясь по сторонам, но кроме улыбнувшегося мне Илая с Таем и Бусика в доме точно больше никого не было - странным образом во мне обнаружилась эта уверенность, словно теперь я могла на расстоянии ощущать каждого из них.
– Убегли, - нервно размахивая хвостом из стороны в сторону, ответил кот.
– Нужно идти и нагонять их, а то мне это совсем не нравится.
– Мне тоже, - кивнул Тай с тарелкой в руках.
– Ты так и не поела.
Обед или ужин - что бы это ни было, мне в руки не дали, явно намереваясь покормить, как ребёнка.
– Эм… Я вроде как сама могу есть.
– Не можешь, - возразил Тай.
– О… началось, - закатил глаза Бусик.
– Ты точно стала его женой, и теперь будешь испытывать всю его любовь на себе.
Как-то это слишком уж обречённо прозвучало.
– Что это значит?
Кот хотел было ответить, но его перебили.
– Это значит, ешь, - упрямо поднёс к моему рту вилку с нанизанным на неё мясом, пахнущим вполне себе ароматно.
– И не заставляй меня повторять. Ты ещё не знаешь, каким я могу быть.
Вот с этим я даже спорить не буду.
– То есть, ты считаешь, что с женой вот так стоит обращаться?
– вдруг вмешался Илай, удивляя своей смелостью.
Он, конечно, был пониже ростом, но тоном, с которым это было сказано, даже я впечатлилась.
– А ты можешь поспорить, но если я считаю, что ей стоит поесть, значит, мне лучше знать, не находишь?
– Ну всё…
Обстановка тут же накалилась, и не знаю, в какой раз, но моя интуиция принялась спасать положение ещё раньше, чем я даже сообразила, что делать. Я дотянулась до вилки, обхватив пальцы Тая своими, и подцепила губами злосчастный кусок, а пока быстро жевала под двумя голодными взглядами и одним одобрительным, попыталась донести свою мысль.