— Теперь, — я принялся расстегивать рубашку, — Стой на стрёме. Мана будет держать капельницы и кровать. Мне нужно, чтобы нас никто не побеспокоил, но, если что пойдет не так — врачи на подхвате, понял?

— Вас? — Рио слегка изменился в лице, увидев, как и Асуми, схватившаяся за пуговицы на своей блузке, сердито вызверилась на него, — Понял. А долго?

— Два-три часа, — прикинула «яркоглазая», — Уходи, Коджима! Это не для тебя!

— Ухожу-ухожу…

Мы остались втроем. Я разделся до пояса, сев в позу лотоса в угол, максимально далекий от контуженного шиноби, оставшаяся в лифчике Асуми забралась мне на колени, привычно устроившись спиной к груди. Оставалась растерянно стоящая Мана, не знающая куда себя деть.

— Пока просто отдыхай, — посоветовала ей подруга, — можешь смотреть мои сиськи, скоро такой возможности не будет.

— А потом? — не поддавшись на провокацию спросила высокая девушка, не понимающая, что происходит.

— Потом, — это уже сказал я, — Просто удержи носилки и капельницу, если придётся. Ты все поймешь сама.

Мне требовалась энергия, много. Больше, чем могла бы выдать Хиракава в своем стандартном «разогреве», ей, чтобы произвести нужное количество, требовался бой, такой же, как случился при её инициации. Драться нам с ней было не вариантом, но способ достичь нужного выделения Ки всё-таки существовал. Резонанс.

Совместная медитация, в ходе которой пробуждающиеся источники Ки резонируют друг с другом, от чего начинают циклично возбуждаться, стремясь «подавить» шумного соседа своими импульсами, заглушить его. Асуми выполняла роль слона, а я роль карлика с копьем, который этого слона бесит. Очень быстрого, ловкого и коварного карлика. Проблемой было то, что излучение недостаточно разозлившегося слона я блокировать мог лишь очень частично, поэтому где-то через час Мана начала «наслаждаться» визуальными эффектами, воздействующими на реальность.

Наверное, ей пришлось нелегко. Когда я открыл глаза, на нас с Асуми смотрела задница раскорячившейся Маны, которая, умно загнав в угол носилки с Хайсо, вовсю держала капельницы, своим телом прикрывая гибкие трубки, идущие к иглам в венах шиноби. Я тут же взял энергию под контроль, начав набирать уже ставшую однородной смесь из наших синхронизированных источников в заряд. Из коридора слышались голоса на повышенных тонах, но меня в данный момент это не волновало. Требовалось осуществить ряд очень сложных воздействий, ради которых я и собрал это аж гудящее от напряжения ядро Ки, висящее между моими руками небольшим солнцем.

Обычное исцеление магией есть ничто иное, как насыщение пораженного места определенным образом воздействующей силой. Она берет на себя все энергетические затраты, стимулирует деление клеток, подстегивает организм. Просто, примитивно, быстро и экономно. Есть последствия и противопоказания. Настоящий же акт восстановления — это колдовство совершенно иного порядка.

Первый акт. Допрос. Аналитическое заклинание, погружающееся в тело. Допрашивающее его о состоянии, которое оно помнит. Здоровье, целостность, сила.

Второй акт. Отсечение излишней информации, составление схемы-реверса воздействий, которыми подвергли тело и разум.

Третий акт. Возвращение. Это уже не «дружеская твердая рука помощи» от обычного лечащего заклинания, а жестко заданная схема последовательных изменений, которые магия выполняет над организмом, ошеломленным такими жесткими и быстрыми мерами, но не способным им сопротивляться. Он сам уже сдал все явки и пароли, он сам ощутил повреждения, а теперь его изменяют, пускай по шаблону, но на совсем не привычных скоростях.

К счастью, повреждения Онивабаши были смехотворны с точки зрения магии и физики, поэтому нашей с Асуми энергии и хватило. По сути, необходимо было бы и в сто раз меньше, если бы владел необходимой специализацией в магии лечения, но мне такие изыски никогда не были нужны. Почти всё, что мы набрали, ушло на голову Онивабаши, слегка подлатав и всё остальное.

Визуально, думаю, всё выглядело куда скучнее для той же Маны. Если в начале по помещению блуждали сильные ветра, от которых она отважно защитила Хайсо, то потом всё свелось к тому, что её полуголый муж встал, удерживая пульсирующую сферу энергии, подошёл к носилкам, замер так минут на десять, затем «пролил» сферу в Онивабаши, вспотев в процессе как мышь, а затем открыл глаза.

Чтобы тут же получить своей рубашкой в лицо.

— Одевайся, быстро! — каркнула бледная Асуми, стоящая посреди комнаты с трясущимися руками, — Сюда чуть ли не ломятся!

— Открывай, — тут же велел я, — Хайсо сейчас понадобится помощь.

Магия-магией, но она же вовсе не отменила лекарственный коктейль, бродящий по венам белоголового. Как на него отреагирует частично исцеленный организм — это уже не к нам. Как и методы, которыми Рио заткнет рты всем, кому надо.

…а он заткнет. Никому ведь не придёт в голову устраивать больному полное медобследование из-за таких мелочей, как выходка пары школьников?