Но, конечно, еще нужно было доделать работу и оплатить счета.

Грей позвонил в субботу днем, чтобы сообщить, что его недолгое расследование нападения на Робби было прекращено. Не имея надежных зацепок и жертвы, которая, казалось, не была заинтересована в поимке нападавшего, начальник полиции решил, что не стоит тратить на это время. Уоррен испытал облегчение, узнав, что его оправдали, но вскоре после этого ему позвонил Чарли.

– Мне нужна услуга.

Уоррен был в своей машине, направляясь в мотель, где он всю ночь охранял Кэнди. Он хотел отказаться. Услуги Чарли редко были простыми, но Чарли позаботился о Кэнди, а затем солгал Грею, чтобы прикрыть задницу Уоррена. Уоррен решил, что задолжал Чарли, по крайней мере, один раз, если не два.

– Назови ее.

– С завтрашнего дня я присматриваю за мальчиком, который завязывает с героином. Мне бы не помешал помощник.

– Черт.

– Не слишком радуйся. Я знаю, что это будет вечеринка, но...

– Ты говоришь, по крайней мере, о неделе.

– Я знаю. Это большая вечеринка.

– Холодная индейка?

– Да.

– С лекарствами или без?

– Только безрецептурные.

Это означало, что никакого метадона или бупренорфина. Это было далеко от идеала, но Уоррену пришлось предположить, что у пользователя была причина отказаться от медикаментозной реабилитации в уютном заведении.

– Твой друг или как?

– Не совсем друг. Пару месяцев назад он приходил в мою клинику за лекарствами. Я, конечно, ничего ему не давал, но он уже был на том этапе, когда хотел завязать. Ты знаешь, как это бывает.

Уоррен кивнул, сидя в уединении своей машины. Даже после того, как они решили бросить употреблять, наркоманам обычно требовалось некоторое время, чтобы принять это решение.

– В любом случае, - продолжил Чарли, - я сказал ему, что, как только он будет готов, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь. Два дня назад он постучал в мою дверь и сказал, что хочет завязать. Итак, что скажешь? Не хочешь помочь?

Нет, но нравилось ему это или нет, он был в долгу перед Чарли.

– Скажи мне, где и когда.

В воскресенье днем Уоррен прибыл по указанному адресу, в ветхое здание в районе с низкой арендной платой. Он поднялся по наружным ступенькам в квартиру на втором этаже. Судя по запаху, когда Чарли впустил его, детоксикация уже началась. На кухне было полно грязной посуды, но не они были источником запаха. От запаха рвоты и фекалий, доносившегося из спальни, у Уоррена чуть не заслезились глаза.

– Он сейчас в ванне, - сказал Чарли Уоррену.
– Заходи.

Уоррен последовал за ним через узкую гостиную в ванную, где их пациент сидел, раскачиваясь. Ему могло быть сколько угодно, от двадцати с небольшим до сорока с небольшим лет. Трудно было сказать наверняка. Он был худым, как палка, с черными вьющимися волосами.

– Это Райли, - сказал Чарли.
– Райли, это мой друг Уоррен. Он будет нам помогать.
– Затем, обращаясь к Уоррену: - У него был озноб, поэтому мы поместили его в теплую ванну.

Райли задвигался в ванне быстрее, обхватив колени руками.

– Я не могу этого сделать, чувак. Я не могу этого сделать. Я не могу этого сделать...

– Почему нет метадона?
– спросил Уоррен. Формально, он отпускался только по рецепту, но у него было чувство, что Чарли мог его достать.

– Ни за что, чувак, - сказал Райли, все еще раскачиваясь в ванне.
– Я видел, что происходит с этим дерьмом. Меняй одну зависимость на другую. Это не выход, чувак.
– Его влажные черные волосы растрепались, когда он покачал головой.
– Это не выход.

– Ладно, - сказал Уоррен.
– Справедливо.- Не существовало «правильного» способа отказаться от героина. Независимо от метода, у большинства наркоманов рецидив происходил в течение года.И Райли был прав, некоторым помогал метадон, но у других возникающую зависимость было так же трудно преодолеть, как и от героина.
– Сколько тебе лет?

– Двадцать семь.

– Как давно ты принимаешь?

– Пять лет, время от времени.

– Относительно небольшие дозы, - сказал Чарли.
– Это говорит в его пользу.

Это, конечно, лучше, чем альтернатива.

– Ты первый раз бросаешь?
– Уоррен спросил Райли.

– Второй.

Предполагалось, что каждая последующая попытка будет хуже предыдущей, но на стороне Райли была молодость. Тот факт, что он употреблял наркотики всего пять лет, тоже был плюсом, хотя и небольшим.

– Мне нужно выйти, чувак. Мне нужно выйти.

– Тебе опять плохо?
– Спросил Чарли.

– Нет. Просто нужно двигаться. Нужно двигаться. Нужно двигаться.

Беспокойные ноги были распространенным симптомом ломки. Райли двадцать минут мерил шагами квартиру, прежде чем у него начался очередной приступ рвоты и поноса. Чарли ухаживал за ним, пока Уоррен убирал на кухне и готовил еду. Рис, куриный бульон, соленые крекеры и «Гаторейд». У Райли, конечно, не было особого аппетита, но Уоррен приложил бы все усилия, чтобы он проглотил несколько кусочков, когда сможет.