Мой танк возглавлял колонну, топливозаправщик замыкал, дистанция между машинами была в пятьдесят метров. Когда мы на трассу выехали, двигаясь на пятидесяти километрах в час, то между нами сновали гражданские машины, обгоняли или пропускали, встречные проскакивали. Мирная жизнь царила, ну для ДНР относительно мирная. Под частыми обстрелами. На антенне моей бронемашины висел флаг ДНР, я сам прикрепил, так что принадлежность колонны хорошо была видна.

Мы едва километров на тридцать удалились от окраин Донецка, как шнырявший из стороны в сторону мой дрон показал интересные события, что происходили не так и далеко от дороги. Вообще коптер работал именно по нашему движению, проводя разведку, как будто мы по зоне боевых действий идем. Однако это не все, что у меня было. Я угнал два специализированных новейших разведывательных спутника. Причем их бывшие хозяева, а это США и Англия, конечно, расстроились их потерям, но особо тревоги не подняли. Как только я это сделал, смог подключиться, с разницей в сутки, те стали выдавать сбои работы программ, дескать повреждены корпуса, столкнулись с обломками, которых хватало на орбите, и вскоре отключились. Потому тревоги и не было, бывшие хозяева посчитали, что от столкновений потеряли их. Такое бывает, редко, но бывает. Если бы я у одной страны угнал сразу два, могли что-то заподозрить, а у разных стран особо нет, не обратили внимания.

Угнал я спутники примерно две недели назад, находясь в Геленджике, и хорошенько с ними поработал. Скопировал оболочку программы Третьего, опыт работы с ним я имел шикарный, и залил на оба, получились неплохие работяги, не искины пока, но и не компы. Думать и решать умели. Вот и появились у меня Первый и Второй. У них даже программы для перехвата управления ракетами имеются. Я так спутники почти все свои потерял в прошлой жизни, уже потом написал эти программы, когда потери огромные были. Третьему их установил только. Сейчас такая защита была. Первый, бывший английский разведывательный спутник над Европой висел, в районе Чехии, буду Европу гнобить, как те против нас пойдут. Второй над Украиной, по сути над Киевом висел, но нашу зону тоже захватывал. Только я Второго так загрузил, заданий несколько тысяч, что тот практически все ресурсы направил на их выполнение. Поэтому не мониторил дорогу, где мы двигались, для этого вполне коптер годился. Хотя у Второго и Первого были установлены программы по управлению таким оборудованием, дроном управлял я. Кстати, Первый над Европой тоже загружен до предела и вполне активно работает. Удары те нанесут, когда спецоперация начнется и санкции против нас введут. Хотя против Новороссии санкции те и так вводили, не признавая нас. Пока же полуискины готовились.

Эти два полуискина у меня первые ласточки, чуть позже еще добуду, а пока пусть работают. Что же по поводу того, что я засек с коптера, то похоже впереди банда. Может, и украинские националисты, из тех же диверсантов. Пока не понятно. Я время от времени работал с телефоном. Сам сидел на башне, поджопник снизу, ноги в люк спустил, крышка люка передо мной… Наводчик морозиться на ветру не хотел, внизу байки травил Руслану. И вот так будучи на связи с мехводом, я управлял им, хотя тот высоко сидел, голова из люка видна, вполне уверенно вел танк, ну и по телефону я управлял дроном. Это больше для видимости, если вопросы возникнут. Сам дистанционно подключился к телефону и был постоянно на связи с коптером.

Так вот, я увидел справа за посадкой, в овраге, две машины и пяток человек. Двое стояли на коленях, руки связаны за спиной: один в форме сотрудника милиции ДНР, другой в гражданском. Рядом с ними трое в гражданском, но все с оружием. Автоматами вооружены. Может, и пистолеты были, но не видно. А машины у них обычные, гражданские на вид – старый зеленый минивен, похоже грузовой фургон, вроде «фольксваген», и синяя тонированная «шестерка». Медлить я не стал, потому как один из боевиков ударил ногой в лицо того, что в гражданском, а другой боевик подошел сзади ко второму, в милицейской форме, и приготовил нож, приставив к горлу.

Мой коптер уже падал вниз. Успел. Да, успел облучить всех, кто там был, станнером. А так как дрон опустился до тысячи трехсот метров, то я еще и сканером поиска биологических объектов просветил землю вокруг стоянки машин, включая сам транспорт. В машинах еще двое сидели. Судя по показаниям сканера, без сознания, тоже под луч станнера попали, но связаны. Причем это были девушки.

Вынув из левого уха небольшой наушник, а что, слушал золотые хиты восьмидесятых, советские песни, я отключил плеер и, прижав ушки шлемофона к горлу, переключив связь на всю колонну, сказал:

– Колонна, стой.

Бронетехника остановилась прямо на полосе, где мы ехали, не съезжая на обочину. С учетом того, что между нашими машинами были гражданские, за моим танком так еще и междугородний автобус, что готовился обогнать, им всем пришлось экстренно тормозить. Автобус чуть нам не наподдал, едва успел экстренно остановиться.

– Фокус, слышишь меня? – вызвал я водителя топливозаправщика.

Тот самый старший из нас, за сорок лет, из ветеранов. С четырнадцатого года в ополчении.

– На связи, – подтвердил тот.

– Как мы двинемся, проезжай вперед километров на пять и жди нас там.

– Принято.

– Остальным, справа посадка, за ней овраг, в овраге две машины и диверсанты. Берем их. Внимание, у укропов заложники, работаем ювелирно. Гранатометов не вижу, а автоматы есть. К бою! – так как мой экипаж тоже на этой связи был, я не только с экипажами других бронемашин общался, велел Руслану: – Мехвод, вперед на тридцать метров и сворачиваем на проселочную. На поле не выезжай, увязнем в этой грязи.

– Понял.

Автобус нас уже объехал, возмущенно посигналив, благо встречных не было, и мы, благополучно спустившись на проселочную дорогу, где техника спокойно шла, двинулись в сторону посадки. Снаряды использовать пока не будем, поэтому приказа подать фугас или осколочный в ствол я не отдавал. Шли клином: танк впереди, БМП чуть отстав, метров на тридцать, сзади по сторонам. Время было, поэтому, выйдя на общую волну подразделений охраны тыла, я стал вызывать тех, кто тут ближе всего: