Севеч и Доссайнэл рассмеялись.

– Да, - произнес адмирал.
– Теперь я понимаю, о чем вы говорите. Для нее имеет смысл только то, что может пригодиться во время сражения.

– И именно это для нас важно, - сказала Питак.
– Я знаю... но так же знаю, что лично меня больше интересуют продуманные и четкие прикладные проблемы, технические детали ради технических деталей. Она же похоже не придает этому значения, и удивлюсь, если вообще когда-нибудь придавала, даже занимаясь телеметрией.

– Сомневаюсь, - согласился Доссайнэл.
– Из-за столкновения у Завьера мне заранее переслали ее личное дело и все прилагающиеся характеристики, в которых ее описывают как мягкую, заурядную и бесцветную посредственность. Таков же и ее рейтинг в Академии. Догадайтесь, по какому курсу у нее высший балл.

– Не тактика и маневры?

– Нет... хотя по нему она входила в пять процентов лучших. Попробуйте военную историю. Она провела анализ кампании Бреймар, после которого получила приглашение на курсы усовершенствования квалификации как степендиат. Она отказалась и вместо этого пошла на технический поток, где ничем не отличилась.

– Это странно, - нахмурилась Питак.

– Более, чем странно, - добавил Доссайнэл.
– В этом нет смысла. Я не могу найти в деле ничего, что бы указывало на то, что ей не рекомендовали командный поток. В файлах подготовительной школы собрана обычная информация о семье, никогда не служившей во Флоте. Но как бы там ни было, ее зачислили на техническое отделение, идя на поводу ее желания и посредственных баллов.

– Какова ее личностная характеристика?

– А чего можно ждать от чужака, который не стремится попасть в командный поток... Не знаю, зачем мы до сих пор рассматриваем эту информацию. Если бы отдел кадров когда-нибудь оценил непосредственную деятельность офицеров, откинув прогнозы характеристик и личностные оценки, ему пришлось бы признать свою несостоятельность. Она показала себя посредственностью во всем, кроме инициативы и самостоятельности, где ее оценка даже ниже средней.

– Что касается последнего, я бы дала ей высокую оценку, - заметила Питак.
– Она не ждет, пока ей скажут, если знает, что делает.

– Вопрос в том, что нам с ней делать, - подытожил Доссайнэл.
– Она пробудет здесь пару лет, и мы можем многому научить ее касательно обеспечения... но разве это наилучшее применение ее талантов?

Севеч посмотрел на Атарина и Питак и высказал их общую мысль:

– Я бы сказал нет, сэр, не лучшее. Она хороший оратор, тактический аналитик... и могла бы стать хорошим инструктором, или...

– Или командующей корабля как во время сражения у Завьера, - закончил Доссайнэл.

На мгновение в комнате повисла тишина.

– Это смелый прогноз, - пробормотал Атарин.

– Верно. Но... по сравнению с тем, как проявили себя в первой боевой ситуации офицеры страше ее по званию... Думаю, все согласятся, что у нее есть потенциал, который проявляется очень редко... а Флоту нужны люди с такими качествами, если они у нее действительно есть, и если она способна их показать. Я вижу нашу задачу в том, чтобы заставить этого неординарного молодого офицера проявить себя с лучшей стороны.

– Но как, сэр?
– спросила Питак.
– Мне нравится эта девочка, в самом деле. Но... она такая сдержанная и настороженная, даже со мной, даже через столько времени. Как мы откроем крышку?

– Не знаю, - признался Доссайнэл.
– Моя специфика машиностроение, а не боевая тактика. Знаю, мы не можем просить капитана Хакина, потому что он на половину убежден, что она зачинщица мятежа. Но если мы все согласны, что лучшее применение старшего лейтенанта Сьюза в другой области, то по крайней мере можем поискать возможности подтолкнуть ее в этом направлении.

Атарин внезапно хихикнул:

– Когда я думаю обо всех этих мальцах, фантазирующих о том, чтобы стать героическими капитанами... все эти бесталанные детки знаменитых семей... и здесь застенчивый и закомплексованный гений, которой просто нужен хороший пинок под зад...

– Я лишь надеюсь, что мы сможем дать ей такого пинка до того, как за нас это сделает жизнь, - заметила Питак.
– Однако, как бы сильно мы ни пнули ее, реальность может сделать это еще сильнее.

– Аминь, - согласился Доссайнэл и взял другой файл.
– Теперь... давайте перейдем к младшим лейтенантам. Зинтнер, например...

***

Исмэй больше не встречалась с младшим лейтенантом Серрано после презентации. Она видела его пару раз играющим в уоллболл или работающим с кем-нибудь на матах, но он никогда не подходил к ней. Теперь же переодическое чередование расписания вахт свело их вместе. Она кивнула ему, когда все представились.

– Вы занимаетесь дистанционным сбором данных, не так ли, младший лейтенант?

– Да, сэр.

– Это ваша специализация?

– Вообще-то нет, - он скривился.
– Но я получил краткосрочное задание сразу после Академии, а потом оказался вне плана обычного перемещения личного состава.