— А что вас удивляет, Филипп Георгиевич?

Он, удивлённо смотрит на меня и в его глазах появляется узнавание.

— О, так ты тот самый молодой человека, который принимал участие в создании памяти на биаксах.

— Да, он самый, — киваю я и представляюсь, — Андрей Климов, студент пятого курса.

— Теперь занимаешься проектированием ЭВМ. — Окидывает он взглядом моё рабочее место.

— Да, вот приходится заниматься не своим делом, — соглашаюсь с ним.

Он озадаченно качает головой, а потом задаёт вопрос:

— А какое у тебя своё дело?

— Программное обеспечение создаю. — Киваю на мини ЭВМ. — Не такое уж и простое это дело.

— Это так, — соглашается он, — В компании IBM на это сейчас выделяются миллионы долларов. Ты один работаешь или в составе группы?

— Пока один, группа будет создана позднее.

— Наша группа тоже занимается созданием шестнадцати разрядного процессора, — вдруг заявляет он мне, — мы могли бы обменяться опытом.

— Обменяться? — Задумываюсь над предложением. — Нет, это мне неинтересно. — Вижу, как настроение Староса сразу падает. — А вот поделиться опытом и своими соображениями могу.

Ага, снова в глазах зажегся интерес. Ну а дальше он попросил немного подождать и чуть позднее подошёл ко мне в составе ещё трёх своих сотрудников, которым мне пришлось прочитать небольшую лекцию по структуре процессоров. Естественно трёх часов нам не хватило, поэтому они заявились ко мне полным составом и на следующий день. Хоть всё это время за меня пришлось поработать нашим студентам, обид не было, так как они понимали, что в данном случае это важно.

— Почему вы решили делать шестнадцати разрядный процессор, когда разумней было разрабатывать сразу на двадцать два разряда?

— Всё дело в возможностях оборудования, с помощью которого делаются микросхемы, — объясняю проблему. Сложность процессора растёт нелинейно, поэтому решили ограничиться шестнадцатью разрядами, а вот с адресной шиной так не получится, поэтому решили делать её двадцати разрядной.

Ну а дальше возник спор, в ходе которого были рассмотрены различные архитектуры процессоров, и в конечном итоге пришли к выводу, что дальнейший рост разрядности процессоров будет связан с определёнными трудностями, которые в данный момент решить очень трудно. Нужно ждать прогресса в технологиях производства микросхем.

Под конец, Филипп Георгиевич задал вопрос, который грыз его с самого начала:

— Скажи Андрей, а почему ты с нами так откровенен? Я же помню отношение ко мне в вашем институте.

Его сотрудники сразу остановились и насторожили уши. Ну нет, мы так не договаривались, если Старосу и можно сказать какие цели я преследую, то вот его подчинённым это знать не положено, поэтому перехожу на Английский:

— На самом деле, я вам далеко не всё рассказал, — смотрю, как Старос впал в ступор, — я вам дал только то, что вам нужно на данном этапе и ни капли больше. Проектируйте, улучшайте свои К-200 и 201, создавайте нам конкуренцию, только тогда у нас появится возможность достичь чего-то большего. И да, не забывайте об удобстве пользователя, чем удобнее вы сделаете машину, тем больше будет на неё спрос.

— А нам нужен этот спрос? — Вскидывается Филипп Георгиевич. — Мы и так не можем его удовлетворить.

— А вот это плохо, — сдержано улыбаюсь, — если мы сами не сможем удовлетворить спрос, за нас это сделают другие. Вот потому наш институт и работает над компьютерами, которые станут массовыми, а не выдающимися.

Когда Старос отошёл от меня, его сотрудники сразу поинтересовались у него, о чём мы говорили напоследок, но он только дернул головой, а я с помощью «железяки» сумел расслышать.

— Едем в Ленинград, нам здесь больше делать нечего.

В общем, мы достигли чего хотели, заказы на микро ЭВМ «Эврика» превысили счёт на десятки тысяч, директор Пульсара схватился за голову и потребовал передачу производственной части другому предприятию. И его пожелание решили удовлетворить, правда тут же возник вопрос, а стоит ли делать ставку на восьми разрядную микро ЭВМ, может быть поднапрячься и сразу заказывать шестнадцати разрядную машину. Но здравый смысл возобладал, технология уж слишком передовая, повторить её в производстве пока невозможно, поэтому кто-то озвучил общее мнение, и так обойдёмся. А вот с печатающими устройствами пока вопрос не решён количество консулов выпускаемых в Чехословакии было явно недостаточно, да и цена многих не устраивала, к ним решили вернуться позднее. Что касается дисководов, то здесь МЭП в полной мере проявил волюнтаризм, он сходу нашёл тех, кто возьмётся за их выпуск, правда при этом совершенно был игнорирован вопрос оснащения производства и обеспечения их микросхемами для контроллера, которые в данный момент на птичьих правах получала артель из Интеграла. Я решил не вмешиваться, возможно это чьи-то внутренние разборки, и не дай Бог в них встрять, пусть лучше между собой грызутся.

Но в общем надо сказать честно, я был на седьмом небе от счастья, первая высота на пути выпуска персоналок в СССР взята, теперь надо только закрепить успех. Но это уже опять планы на будущее, а через неделю у меня защита диплома. Нет, я не переживаю, работа проделана очень большая, и даже если бы у меня не было рабочих образцов, всё равно, защита должна пройти на ура, по крайней мере, все кто консультировал эту работу в восторге. Даже пытались вести разговоры о том, чтобы разделить исследование, часть выдать за дипломную работу, а остальное оставить для будущей кандидатской. Ну и готовы оказать в этом помощь… и естественно не бесплатно. Пришлось изображать из себя недалёкого парня, комсомольской закваски, чтобы не возникло «лишних» надежд у желающих помочь.