— Морг, ты не перестаешь меня радовать! — При виде развалившегося перед ним мужика с ирокезом, Филип с радостным смехом захлопал в ладоши. — Ты даже не представляешь, сколько этот выродок попортил нам крови. Из-за его глупых выходок Арбитры постоянно шерстят наш сектор, а регулярные обыски — совсем не то, что нужно нормальному бизнесу!

Морг — это, внезапно, я.

Когда в первый раз представлялся местной публике, произошел небольшой косяк с переводом: Морж и Морг на низком готике что читаются, что пишутся совершенно одинаково, из-за чего пришлось в спешном порядке менять псевдоним. Неприятно, но это куда проще, чем объяснять что-то местной публике, которая… Мягко говоря, умом не блещет, причем практически поголовно.

Империум Человечества, в который меня закинул Мефистофель, оказался на редкость забавной штукой — он умудрился собрать в себе практически все самые дерьмовые идеи человечества, причем в термальной их стадии! Солидное достижение, мать его!

Если кратко, то в этой прекрасной стране, раскинувшейся на много-много планет, царят: махровый фашизм, оголтелый религиозный фанатизм и свирепейшая бюрократия. Ах да… Еще все это приправлено тем, что по факту Империум даже единым государством назвать крайне проблематично — по своей структуре он является некой феодальной конфедерацией, где каждый мир это государство в себе и пока платится Имперская Десятина всем глубоко наср*ть, что там у соседей происходит.

Темным богам не поклоняетесь, с ксеносами в десна не целуетесь — и Бог-Император с вами. Правда, последнего уже х*рову тучу времени никто не видел и вроде как он не вставая сидит на Золотом Троне, в честь которого на большинстве планет Империума названа валюта… Но Император защищает! И если кто-то посмеет в этом усомниться, ему тут же устроят профилактическую беседу по итогам которой человек либо уверует в Имперское Кредо, либо, что случается куда чаще — просто перестанет существовать.

Возможно, крайне мучительным образом.

В этой дружелюбной и полной понимания среде Моржик… А точнее — вольный охотник Морг, варится уже несколько недель и если поначалу у меня была мысль выбраться на верхние ярусы Газахира-Один, то чем больше я узнавал о здешних порядках, тем слабее становилось это желание. Подулей та еще вонючая помойка, но так как я убежденный атеист и веру в Императора на болте вертел — мне среди местного отребья тупо безопаснее.

В теневых секторах добрая половина публики придерживается схожих взглядов, а вот в «цивилизованной» части мегаполиса все куда суровее — ляпну еще что-нибудь не то и потащат Морга-Моржика на костер как злостного еретика… А здешние святоши это дело ой как любят: во время выполнения заказов пару раз натыкался на миссионеров в компании беловолосых дамочек в аналогах экзоскелета, которые занимались таким увлекательным занятием, как сжигание живых людей из огнеметов.

Вонища тогда стояла… Запах горелого мяса даже через респиратор слегка просачивался.

Почему их местные блатные этих «воздаятелей» не прикопали за ближайшим жилым комплексом — загадка похлеще божественности местного Императора. Пушек у местных головорезов на руках более чем достаточно, а при таком численном перевесе здешняя силовая броня спасает слабо: одно серьезное попадание в ранцевый генератор, и жертву можно брать тепленькой.

Но скорее всего криминальные боссы просто не хотят провоцировать реальную угрозу на более активные действия. Пять-шесть сожженных «еретиков» в неделю для Подулья — ничто, тут в междоусобных разборках народу дохнет в сотни раз больше. А вот если фанатиков прирезать, это может привлечь внимание Арбитров — идейных последователей Судьи Дредда, которым только дай повод спуститься в трущобы и перевернуть здесь все вверх дном.

В общем счастье, добро и позитив — вещи, местным неведомые и если я не хочу остаток жизни провести среди этих замечательных, во всех смыслах господ, то надо побыстрее выполнить заказ Мефистофеля. Вот только пока на фронте поисков Хогауза полный голяк и приходится выполнять заказы от местных криминальных боссов… Таких, как Лакей.

И к слову о работе.

— Моя плата.

— Ох, конечно же… Как я мог про нее забыть. — Сделав раздосадованное лицо, тучный делец кивнул одному из своих приближенных и тот с донельзя недовольной рожей швырнул мне в лицо небольшой мешочек к монетами, поймав который я прикидываю вес содержимого и отрицательно качаю головой.

— Здесь половина. Семь сотен за мертвого, вдвое больше за живого — таков был уговор.

— Охотник, ты бы не наглел. — Кинувший мне деньги мордоворот недовольно цыкает и с намеком кладет руку поверх цевья висящей на ремне винтовки. — Лучше пересчитай еще раз, а то вынесут тебя отсюда вперед нога…

Бах!

Благодаря советскому импланту и помещенному в тело артефакту, реакция у Морга-Моржика находится далеко за пределами человеческих возможностей — прихвостень Гарсона не успевает даже пикнуть, как его черепушка разлетается веером кровавых ошметков, после чего я возвращаю револьвер обратно в кобуру и игнорируя вскинувшего автомат коллегу убитого, совершенно спокойно спрашиваю у криминального босса:

— Где мои деньги?

У Морга самая быстрая рука на Диком Зап… То есть в Подулье!

— Хаким всегда был слишком жаден и не слишком умен. — Тучный бандит кивает второму бойцу и тот после небольшой паузы, кидает мне недостающую часть оплаты… И еще чуть-чуть сверху — первый мешочек был немного легче. — Надеюсь, небольшой бонус сгладит это досадное недоразумение и оно не осложнит наше дальнейшее сотрудничество?

П*здишь как дышишь, дядя… Я ни в жизнь не поверю, что этот дегенерат решил присвоить часть моего гонорара без указки с стороны начальства, падла ты лицемерная. Больше смахивает на то, что кто-то прощупывает границы дозволенного при общении с новичком в Подулье, ради чего решил пожертвовать не особо ценным дуболомом — будь убитый мною громила реально полезен, в кабинет бы уже ломилась целая свора вооруженных до зубов головорезов.