– Ба, вот в натуре правду базарят, мир то тесен. Это пахан, бродяги с Мирного.

После, наклонившись, мужчина выдернул у одного из пленников кляп и продолжил.

– Слышь Паленый, ты чо, берега попутал на чужой деляне на хабар хайло разявать, а? Где Мирный и где тебя повязали? Ты чо, решил по нашенским угодьям прогуляться на халяву?

Пленный, продышавшись после вынутого кляпа, извернувшись, завалился на бок для ослабления давящих пут на горло, после чего заговорил.

– Вот что же так не везет то. Как кур в ощип попали. Не за хабаром мы здесь. Нас до вчера, торговый караван подбросил на больше бабла не хватило, мы к границе шли, хотели в другой регион податься, а тут эти. Вот ведь обидно то как, хоть бы одного из ваших уложили бы, все сдыхать легче было бы. Но суки хитрожопые огнем из бронемашины придавили на глушняк что и головы не поднять, а потом светошумовую бросили. В общем пока оклемались уже спеленатые по самое не хочу. А ты вижу, Седой пристроился на хлебное место, шестеришь при этих тварях. Ну и как тебе кровавый хлебушек на побегушках зарабатывается?

Сидевший рядом на корточках Седой на оскорбление лишь улыбнулся. Повернувшись к смотрящей на пленных своим немигающим, змеиным взглядом Насте, он проговорил с сарказмом.

– В натуре пахан, уже и в песики тузики записал, ниже плинтуса рисует. Видишь ма, как чепушилит на живую, хочет за нервуху дернуть чо бы значится перо по-быстрому в ливер ему загнали и все, свалил на небеса.

И повернувшись к оскорбившему его рейдеру, продолжая улыбаться, выдал.

– В натуре Паленый, сука ты скользкая. Тебе значится смерть легкую за базар фаршмачный, а братку с твоей бабой расхлебывать весь этот кипишь.

– Э, э, Седой погодь, а они-то здесь причём? Это я говорил мне и отвечать.

Затараторил пленный, осознав перспективы своей попытки схитрить и получить легкую смерть. В это время, Седой, словно по невидимому импульсу, сместился в сторону предоставив полный обзор лежащих на земле рейдеров перед Настей. Женщина, вперив взгляд в Паленого, мерзко, по садистки улыбнувшись, издевательски проговорила.

– Биоматериал, а что тебе в Мирном не жилось что ты в другие края за тридевять земель подался?

Глянув на Настю, Паленый сразу отвел глаза, не выдержав ее взгляда. А прозвучавшее наполненное призрением обращение, биоматериал и вовсе заставили бывалого рейдера сникнуть, выкладывая наболевшее на обозрение своим врагам.

– А как там поживется. Сперва как Деда с престола смели, Лисовские до власти пришли. Свобода, равенство, братство, только за все это горохом да споранами платить не забывай, а не то сразу долг повиснет, будешь отрабатывать на стаб по их расценкам. Плюс неделя в месяц обязаловки, ну а если не по душе нет проблем, три горошины и свободен до следующего месяца. Жопа короче, но белая. Черная наступила как вы Лиса с его верхушкой завалили в этом долбаном рейде где они вас планировали раскатать. Как только весть до стаба об этом дошла, ночью пострелялись местные блатари за власть и теперь в Мирном двоецарствие. С одной стороны, банда Сухостоя, это бордели, бары, гостиницы, а с другой банда Рельсы, это уже магазины, скупщики хабара, налоги. А все остальные уже под ними типа прихлебаи при царях. Кто что вякнул не глянувшееся, сразу в морду ну а если в ответ, то без разбора дыру в башке организуют. В Лесной Сказке и Рассвете тоже самое по слухам из каравана получилось, только у руля другие банды притерлись. Вот и бежит народ подальше от такого житья. Сейчас стыдно признаться уже не раз думалось, муры, внешники, килденги рулили, а жилось то как у Христа за пазухой. Не косячь и все.

Седой, внимательно слушавший горестное высказывание рейдера, украдкой глянув на Настю в ответ моргнувшую глазами снова сделав пару шажков в приседе, расположился рядом с Паленым.

– Так в натуре я не вкуриваю в тему, а кто там патрулирует да за порядком на КПП сейчас сечет?

Скривившись в презрительной усмешке, лежащий на земле рейдер ответил.

– Никто не патрулирует. А на КПП по паре ушлепков из бандосов сидит, мзду с народа собирает. Вот не глянется твоя физиономия с тебя пять споранов за вход или выход, а глянется так три. Ну или если между ног щель, то можно бартером.

Седой мечтательно вдохнув, прокомментировал услышанное.

– В натуре, вот где житуха вольная. Хочешь эту, а хочешь ту ларву разложил да жарь покуда шляпа под корешок не сотрется. Не дала сейчас, так ничего не гордые, ни торопимся, суетнулся коли не дурак и на бабло под счетчик подставил, а там и договорились, да не на раз и в верх, и в низ, да с черного хода.

Затем замолчав, мужчина всем своим видом показал накатившую на него грусть и со вздохом полного сожаления, добавил.

– А у нас, в натуре, за такое сразу кол в очко загонят. Будешь голосистым петушком кукарекать пару часиков пока до глотки не проткнут. Красная дисциплина, мля.

После чего мужчина по невидимому сигналу снова сместился в сторону на пару шажков, а Настя, уставившись на рейдера, спросила.

– К нам жить пойдешь?

Мужчина, тяжело вздохнув, сжав зубы, повернувшись поудобнее посмотрел на небо явно прощаясь с белым светом после приготовленного ответа. А в это время к сидевшей на стуле Насте, подбежал Котенок. Ласково прижавшись к женщине, он что-то спешно зашептал ей на ухо показывая куда-то в сторону. В ответ, Настя, приобняв за плечики мальчонку наклонившись к его уху, прошептала, не заботясь о секретности.

– Скажи Кеши, что если он, бегун паршивый не будет за палкой бегать, то, когда я освобожусь он будет бегать от нее.

Счастливый ребенок, кивнув в ответ головой, пулей убежал прочь. Паленый ошарашенно проводив его взглядом, спросил.

– Так, а это как? Ну в смысле нимфа, и все такое.

– Вот в натуре ты Паленый не первый день вроде здесь чалишся, а полный баклан. Это же Улей, мля. Нашли умельца, но сука сбоит один к десяти у него получается. Но тема конкретная, думается подкормим горохом и подрастет человек.