«Недостаточной?» – взорвался Боргун. «Мы сомнем их числом и сталью! Арнайры не отступают!»

«Число?» – тонкий голос Даниэль прозвучал как шелест шелка по лезвию. Она появилась из тени за спиной Патриарха. «Гонец сказал – "слишком много". Вестник Бури не ведет толпы. Он ведет отборный клинок. Если они взяли укрепленный Камень так быстро… их "много" – это качество. Или… поддержка извне.» Ее взгляд, аналитический и холодный, скользнул по Маркусу. «Необычные угрозы требуют необычных ответов.»

В зале повисло тягостное молчание. Все понимали намек. "Метод" Маркуса. Сила, обращающая агрессию против атакующего. Щит, способный стать сокрушительным орудием.

Сигурд смотрел на карту, где значок Падшего Камня уже был перечеркнут кроваво-красным символом Горна. Его лицо было каменной маской, но в глазах бушевала буря расчетов, рисков и гнева.

«Мобилизация Внешнего Круга – начинается немедленно,» – вынес он приговор. «Но только восточных и центральных кланов. Западные гарнизоны усилить. Хельга – найти слабину в этом "союзе". Дарканы, Горн… кто их свел? Чем держится договор? Найти и разорвать. Боргун – ты возглавишь ударный кулак. Отбить Камень до того, как Горн зароется в нем как клещ. Но не лезь напролом. Разведка. Узнай их силу, их слабости, их "черные камни" и "теневых зверей".»

Он повернулся к Джармоду и Маркусу. «Четвертый Старейшина. Ваша задача – понять природу силы, сокрушившей Падший Камень. Алхимия? Магия камня? Чуждая воля? Маркус Арнайр…» Патриарх впервые напрямую обратился к нему. «Твоя Гармония ощутила отголоски атаки? Тот… хаос, что сломал камень и волю?»

Маркус закрыл глаза на мгновение. Глубоко внутри, под слоями усталости и холодного контроля, дремавшая Гармония шевельнулась. Не яростью, а… резонансом. Отзвуком далекого катаклизма, эхом чужой, грубой силы, рвущей ткань реальности. Как удар грома по натянутой струне.

«Да, Владыка,» – его голос был низким, но четким. «Ощущение… деструктивного резонанса. Насилия над материей. Не чистая сила. Искажение.»

Сигурд кивнул, как будто ожидал этого. «Ты будешь изучать все данные разведки, все трофеи, все показания пленных, если их возьмут. С Джармодом. Ищи слабое звено в их новой мощи. Твой "метод"...» – он сделал едва заметную паузу, – «…может оказаться ключом к их защите или к отражению их оружия. Ты – инструмент познания этой угрозы. Покажи свою ценность не в Зале Суда, а на поле войны за выживание клана.»

Приговор. Его не отправляли на передовую как пушечное мясо. Его превращали в скальпель, в прибор для вскрытия вражеской тайны. Под неусыпным взором Джармода. Это была не свобода, а смена клетки. Но клетки, поставленной на краю пропасти.

«А Торвин?» – неожиданно спросил Маркус. Все взгляды устремились на него. Даже Джармод слегка повернул голову. «Его состояние… атака Элдина. Если сила Горна имеет ментальную составляющую, или если они использовали предательство… связь может быть.»

Сигурд нахмурился. «Мальчик – пустая скорлупа. Какая связь?»

«Пустая?» – Маркус вспомнил тот миг в коридоре, холодный, наблюдающий взгляд в пустых глазах. «Или… сосуд для чего-то иного? Элдин хотел сделать его орудием. Возможно, кто-то другой уже воспользовался результатом.»

Мысль, тяжелая и неприятная, повисла в воздухе. Даниэль прищурилась. Хельга задумалась. Джармод не дрогнул, но его внимание стало еще плотнее.

«Торвин остается под охраной,» – отрезал Сигурд, но в его голосе прозвучала нотка сомнения. «Изучай и этот аспект. Косвенно. Через записи лекарей. Без прямого контакта. Пока.» Он поднялся, его фигура казалась выше, заполняя трон. «Аргос под ударом. Глан Горн поднял молот. Наша задача – стать крепче камня под его наковальней. Или… найти способ выбить молот из его рук. К оружию, Старейшины. К оружию и к хитрости. Время мягких слов прошло. Началась война.»

Совет разомкнулся, Старейшины спешно удалились, каждый – к своим задачам, к своим ресурсам, к своим интригам, теперь подчиненным одной цели: войне. Джармод повернулся к Маркусу.

«Архив Сражений. Отчеты о предыдущих столкновениях с Горном. Карты Падшего Камня и прилегающих территорий. Все, что есть о Вестнике Бури и его тактике. Сейчас.»

Это был приказ. Первый из многих. Маркус кивнул, чувствуя, как холодный резонанс Гармонии внутри него отвечает на отголоски далекого разрушения. Его война принимала новую форму. Вместо оправданий перед Советом – поиск вражеских слабостей. Вместо защиты Торвина – подозрение в его возможной связи с врагом. Вместо одиночного заключения – статус ценного, но опасного инструмента под присмотром самого безжалостного надсмотрщика. И за стенами Аргоса полыхал Падший Камень, а тень Вестника Бури удлинялась, накрывая долину.

Подготовка к войне началась. И Маркус, закованный в цепи надзора и собственной силы, должен был стать одним из ее архитекторов. Или ее первой жертвой.

Зал Архива Сражений дышал пылью веков и холодом камня. Высокие стеллажи из черного базальта, уходящие в полумрак сводчатого потолка, хранили не просто свитки и кристаллы памяти – они хранили боль, триумф и пепел поражений Арнайров. Воздух вибрировал от сдержанной энергии кристаллов-хроникторов, запечатлевших предсмертные крики и звон клинков.