Мы вошли в огромный зал с куполообразным потолком — очевидно, над нами как раз находился этот примечательный архитектурный элемент здания. Потолок выглядел древним, в самом его центре размещался рельефный круг с руной внутри («Отец Гор», — машинально прочитал я), от которого исходил столп мягкого, чуть зеленоватого свечения. На остальной поверхности потолка имелись какие-то рисунки, но из-за сумрака и слепящего снопа света в центре я не смог ничего толком разобрать.

Свет озарял круглую площадку в центре зала. На её полированных плитках были изображения горы, а также всевозможных инструментов и оружия. Вокруг амфитеатром располагались каменные ряды столов, между которыми были устроены проходы, разделяющие амфитеатр на восемь секторов. На среднем ряду каждого из секторов возвышалось что-то вроде трибуны с рунным гербом под ней, за которой имелось место для одного дварфа. Свисающий с потолка наподобие люстры диск при помощи хитро устроенной системы зеркал отражал свет на каждую из трибун.

Сальдир вывел нас в центр зала, шум голосов затих, и дварф громогласно объявил: «Гости с поверхности!», после чего отошёл к одному из проходов и, поднявшись почти до трибуны, занял свободное место. На гербе у этой трибуны виднелся рисунок посоха с кристаллом в навершии, от которого исходили лучи света. «Гильдия Магов», — прочитал я рунную надпись.

На остальных трибунах тоже имелись подобные надписи, и я быстро обнаружил Пергиза, восседающего за трибуной с рисунком скрещенных молота и топора и рунами «Гильдия Оружейников». Справа от него, едва заметный за своей трибуной, сидел представитель Гильдии Бронников. Гильдию Торговцев представлял дварф с широким лицом и выдающимися усами. Лидером Гильдии Алхимиков оказался старик с изъеденным рытвинами лицом. От Гильдии Жрецов, наоборот, заседал совсем молодой, гладко выбритый дварф, издалека здорово похожий на человека. За трибуной Гильдии Приключенцев виднелось женское лицо, а трибуна Гильдии Регистраторов была пуста.

Дварф за трибуной Гильдии Магов встал, опираясь на посох, встряхнул свою тунику и заговорил властным голосом:

— Приветствую вас от лица Совета Мастеров Меркатора, гости с поверхности! Мы рады и удивлены вашему визиту. Что привело вас в Подземье?

— Мы не менее рады и удивлены желанию Совета встретиться с нами лично, — развернувшись к магу и слегка поклонившись, ответил я. — Думаю, вам известна причина нашего визита: мы ищем проход к погибшему континенту Драказм. Это указывалось в нашем рекомендательном письме от драэлин… К тому же Йодр, посёлку которого мы оказали помощь, наверняка упомянул о нашей цели в своём докладе.

— О!.. Бумаги не доходят до нас так быстро, как мы того желаем, — маг растянул губы в лживой улыбке, — и некоторые члены Совета ещё не успели с ними ознакомиться. Судя по твоему амулету, некромант, вы ищете Первохрам Морана?

— Так точно, — кивнул я. — Не могли бы вы подсказать нам дорогу?

— Проход к Подземью Драказма… или, вернее, тому, что от него осталось после катастрофы, существует, и наверняка не один, хотя лично мне про него ничего не известно, — вполне спокойно ответил маг. — Но для чего вам нужен Первохрам?

— Мы хотим возродить пантеон старых богов, — я не видел смысла юлить и решил выбрать прямолинейную тактику.

Раздалось несколько возгласов, присутствующие в амфитеатре дварфы одновременно заговорили друг с другом, и в зале поднялся гул, но голоса тут же смолкли, стоило магу ударить об пол своим посохом.

— Это спровоцирует начало новой Войны Богов, — вкрадчиво констатировал маг. — С какой стати нам помогать вам в этом?

— Если вы не поможете нам, — памятуя о предупреждении, начал излагать я, — мы найдём другой способ достигнуть нашей цели — например, с поверхности океана. Вряд ли вы сочтёте необходимым убить нас и тем самым навлечь на себя гнев Мора. А вот оказывая нам содействие, вы, напротив, заслужите его благосклонность и, если старые боги победят в войне, сможете рассчитывать на определённые преференции в новом мировом порядке. В случае же нашего поражения, навряд ли кому-нибудь станет известно о нашем сотрудничестве, а значит, вы не понесёте никакой ответственности. Проще говоря, вы ничего не приобретёте, препятствуя нам, но помогая — останетесь в выигрыше при любом раскладе.

— Человек дело говорит! — воскликнул усатый дварф со своей трибуны. — Из него бы вышел знатный торговец.

— Отец хранит Подземье, — высказался молодой жрец, — поэтому нам вряд ли стоит опасаться гнева мёртвого бога. Но и убивать вестников было бы оскорблением его гостеприимства… Я считаю, нам не следует вмешиваться в дрязги наземников — гостей лучше с миром выпроводить на поверхность.

Маг посмотрел на остальных советников. Пергиз и его сосед молчали, женщина улыбалась, а старик-алхимик, казалось, вообще дремал. Больше высказаться не пожелал никто.

— Ну что ж, — маг снова перевёл взгляд на нас. — Ваши аргументы звучат вполне разумно. Мои симпатии на стороне собрата по искусству, я считаю неразумным ссориться со столь могущественными силами, тем более что риск для нас действительно минимален. Давайте голосовать: кто за то, чтобы вернуть гостей туда, откуда они пришли?

Молодой жрец немедленно встал. Чуть погодя со своего места с кряхтением поднялся бронник. Маг немного подождал, оглядывая остальные трибуны, после чего продолжил:

— Кто за то, чтобы помочь гостям с поверхности в их поисках?

Пергиз встал первым, затем поднялся улыбающийся торговец, женщина явно колебалась, но в конце концов тоже встала, и внезапно, как мне показалось ко всеобщему удивлению, выпрямился старый алхимик.

— Пятеро — за, двое — против. Гильдию Регистраторов будем считать воздержавшейся, — подытожил маг. — Мы не станем препятствовать вам, гости, и поможем по мере сил. Надеюсь, вы вернёте Меркатору этот долг с честью.

Маг сел и все советники будто потеряли к нам интерес.