— Так точно, — благодарно кивнул я. — Мне хотелось бы поскорее вернуться. Как бы ни желал я насладиться вашим гостеприимством, сейчас для него не время. К тому же я получил много новых заклинаний и мне нужно с ними разобраться. Понадобится практика и тренировки… да и насколько я понимаю, у тебя тут тоже куча забот и я буду лишь отвлекать.

— Верно, — Змер лукаво усмехнулась, пригубив чая. — Компонентов подкинуть? Что разучил-то?

Я перечислил только что выбранные заклинания, честно рассказав, что на страницы некромантии даже не успел и взглянуть. Вовремя вспомнив, рассказал и про алмазную пыль.

— Хорошо, — кивнула богиня и поднялась. — Я распоряжусь собрать тебе необходимое.

Махнув нам рукой, она не церемонясь вышла из комнаты. Мои товарищи тоже стали подниматься. Во время нашего разговора они успели опустошить свои корзинки и допить чай, и лишь у меня оставалось ещё несколько булочек. Я чувствовал, что Гильт не прочь доесть вкусную сдобу, но погрозил ему пальцем, достал из поясной сумки кусок ткани, завернул в неё булочки и спрятал в пространственный карман. Ванорз наверняка обрадуется такому подарку.

— Тебе очень идёт, — заметил я Ярне, подходя к дверям. — Попроси, чтобы тебе завернули это платье с собой.

Драконица кивнула и быстро вышла из комнаты. Ба! Неужели она покраснела? Гильт развёл руками в ответ на мой вопросительный взгляд, и мы пошли в нашу комнату переодеваться.

Приведённое в порядок снаряжение уже лежало на моей кровати, и для того, чтобы собраться, нам понадобилось совсем не много времени. В коридоре нас встретила Ярна, облачённая в уже привычный взгляду чёрный латный доспех. Правда, в этот раз я заметил небольшой чёрный рюкзак за её спиной — похоже, драконица всё-таки обзавелась кое-какими вещами.

У самого выхода я едва не столкнулся с парнем, который поклонился и протянул мне весьма увесистый мешок с компонентами. Я поблагодарил его и стал один за другим скармливать ингредиенты своей магической поясной сумке — больше ради того, чтобы иметь представление о подготовленных мне подарках.

Вниз мы спустились втроём. Подождавшие меня товарищи решили держаться чуть позади — видимо, чтобы создать эффектную картинку. Судя по восторженному рёву толпы, ознаменовавшему наше появление, это им удалось.

Богиня ждала нас у открытого выхода на портальную площадь, до отказа заполненную народом. Вооружённые солдаты охраняли проход к портальному кругу и стояли вокруг него, сдерживая напирающих людей древками своих копий. Змер сделала нарочито широкий жест рукой, с улыбкой глядя на меня, — мол, прошу, и когда я поравнялся с ней, пошла рядом, изредка приветствуя публику взмахом руки.

Я шёл медленно, позволив богине быть на шаг впереди, — надеюсь, местные оценят этот знак уважения, — и изо всех сил старался согнать хмурое выражение со своего лица. Несмотря на искреннюю радость и обожание, озарявшие лица собравшихся людей, мне почему-то очень не нравилась эта церемония прощания, напоминающая какое-то постановочное шоу.

В первом ряду за оцеплением я заметил Яозу и приветственно махнул ему рукой. Он расплылся в улыбке и помахал в ответ. Некоторые люди вокруг в изумлении отшатнулись, а потом с радостными криками подступили к нему, хлопая по плечам и спине, поздравляя и выражая восхищение. Я пытался высмотреть в толпе ещё кого-нибудь из знакомых, но людей было много, лица мелькали и как будто сливались в одно, да и помнил я всех вызволенных из застенков весьма слабо.

А вот когда мы были уже на полпути к портальному кругу, мой взгляд зацепился за сосредоточенное лицо одного молодого парня. Уж как-то чересчур внимательно он на меня смотрел, и выражение его лица разительно отличалось от счастливых лиц людей вокруг. Вроде бы ничем не примечательная одежда, ножны на поясе, рюкзак, острые уши… Однако стоило мне присмотреться, как над головой у парня проявилась табличка с алой надписью: «Ли Мон,[Русь],ур.12». Будто почувствовав мой взгляд, парень начал медленно отступать вглубь толпы, не сводя тем не менее своего как будто слегка остекленевшего взгляда с центра площади.

Мы вошли в круг, богиня сделала резкий жест, и шум на площади постепенно стих.

— Наш герой покидает нас, — заговорила она, и её усиленный магией голос разнёсся по всей площади, — и мне очень приятно видеть, что столь многие пришли выразить ему нашу искреннюю благодарность за то, что он явился помочь нам в тяжёлый момент. Из-за неуверенности союзников, из-за нашей собственной слабости наше восстание против тирании новых богов, против навязанного ими рабства провалилось… — Змер говорила эмоционально, с подкупающей искренностью в голосе. — Союзники отвернули, многих из нас схватили, и негодяи уже упивались своей победой, погрязнув в издевательствах и пытках… А уж этому они очень хорошо научились за множество веков своего диктата! Все вы прекрасно об этом знаете… Но Неназываемый не бросил нас. Он внял нашим мольбам, он выслушал просьбу своей богини и пришёл. Пришёл не один. Он привёл с собой свою хейлун, — богиня указала на Ярну, и толпа взорвалась триумфальным криком, — разрушив тем самым пестуемый хозяевами миф об их полном истреблении. Также с ним пришёл его верный друг из подгорного народа, — толпа не менее яростно приветствовала дварфа, и я чувствовал, что Гильту было очень приятно это внимание. — Друг, погибший в схватке с продавшими его в рабство саэлин, но даже и тогда не смирившийся, и восставший, чтобы быть рядом и продолжать сражаться за правое дело!

По толпе снова пронёсся восторженный рёв, люди неистово потрясали поднятыми кулаками, многие вздымали над головой своё оружие, даже стражники в едином порыве воздели свои копья. Гильт поддался эмоциям момента и степенно поднял над головой свой молот, чем вызвал ещё одну волну восторга.

— Неназываемый не устрашился рискнуть своей свободой и лично отправился вызволять заключённых, хотя я, — тут богиня покаянно склонила голову, — предлагала ему напасть во время праздника и запланированной на это время казни наших соратников. Гибель верхушки дома Синь с лихвой окупила бы все возможные жертвы, и я абсолютно уверена, что каждый из вас — и тот, кто находился в застенках, и остававшийся на свободе — готов был бы отдать свою жизнь ради шанса уничтожить мучителей. Я не могла заставить себя рискнуть ещё и Неназываемым…