— Я видел в нём… кого-то.

— Это чистая, нефильтрованная магия. Чем ближе ты к сердцу Миров, тем она плотнее, гуще. Она выжжет тебе мозг, если будешь смотреть на неё слишком долго. Когда впервые связываешься с Источником, он показывает тебе… всякое. Это нормально, видения редко сбываются.

— Какие видения? — спросил я.

— Прошлое, будущее — но чаще всего то, чего не было и не будет. Считай это помехами.

— То есть я теперь связан с Источником? — спросил я.

— Мы все с ним связаны с самого рождения. Просто сейчас твоя связь усилилась, — ответила Лиза.

— То есть любой может получить связь с ним и стать таким как я или ты?

— Наши способности заложены при рождении, — ответила она, — Никто не может получить от него больше, чем он уже дал.

— А зачем тогда он «Андромеде»?

— Откуда же я знаю, — пожала плечиками девушка и снова посмотрела в окно, — Они чокнутые культисты. Можешь спросить их, когда снова встретишь.

Надеюсь, что больше не встречу, подумал я.

— Так к нашему разговору, — нетерпеливо повторила Лиза, — Что ты решил? Ты станешь моим учеником?

Слизень наконец пал и я, страшно довольный собой, наконец попробовал кусочек. В самом деле очень вкусно.

— Мне нужно подумать, — ответил я с набитым ртом, — А пока буду благодарен, если отправишь меня назад.

Хозяйка дома помрачнела.

— Думай сколько хочешь, — сказала она холодным голосом, — Но пока не надумаешь, будь моим гостем.

Весь оставшийся день я слонялся по мертвому городу, пытаясь сжиться с тем фактом, что я пленник и ничего не могу с этим поделать. Со всех сторон нас окружала красная пустыня. Мы были точно на острове, посреди жуткого океана. Почувствовав усталость, я вернулся в дом. Дня и ночи в этом мире не существовала — небо оставалось ярко-зеленым постоянно. Но на часах в прихожей было уже за полночь и я, зевнув, отправился в спальню.

— А ты не торопился, — сказала Лиза.

Девушка лежала на моей кровати одетая лишь в полупрозрачное бельё. Глаза её были черны, как бездна, а голову украшали аккуратные рожки.

— Так вот ты какая на самом деле? — усмехнулся я.

— Не совсем, — ответила она, — Увидеть меня настоящую ты пока не готов. Считай меня масштабной миниатюрой, — она нетерпеливо щелкнула хвостом.

Утром меня разбудил знакомый пинок по голове.

— Доброе утро, — по обыкновению холодно сказал Барни.

Я огляделся, Лизы в комнате не было.

— А где она? — спросил я его.

— Хозяйка принимает ванну. Завтрак будет через готов через два часа.

— Зачем ты меня разбудил тогда? — проворчал я и перевернулся на другой бок, — Приходи, когда завтрак будет готов.

— Хозяйка считает что вам пора начинать тренироваться. Вставайте, я буду ждать внизу.

А вот хрена лысого! Пока я ничего не решил и не собирался ни на какие тренировки. Я и так всё умею и всё могу. С этой мыслью я погрузился в сон.

Но совсем ненадолго. Новый удар ботинком был гораздо сильнее прежнего.

— Вы так и не спустились, — чуть более холодным тоном произнес Барни.

— И не собираюсь, — пробурчал я в ответ и потер ушибленную макушку.

— Хотите вы этого или нет, но тренировка начинается прямо сейчас.

Он занес ногу над моей головой и я с трудом увернулся от очередного удара. Такого терпеть я не собирался. На столике у кровати стояла ваза с цветами. Лениво столкнув ее в портал, я разогнал её до скорости пули и швырнул в дворецкого. Тот легко увернулся, проводил снаряд взглядом. Ваза ударилась о стену и разлетелась на сотни осколков. Керамическая шрапнель изрезала ливрею Барни и поцарапала лицо, хотя тот и прикрылся руками в последний момент.

— Эта ваза принадлежала главному евнуху императора Лю Си! — сказал Барни холодным голосом с нотками ярости.

Дворецкий начал раздуваться и расти в ширь. Костюм его разлетелся на куски, а кожа в считанные секунды покрылась густым мехом. Он издал свирепый рык. Отброшенный ударом когтистой лапы я вылетел в окно с рамой на шее. Еще не коснувшись земли я понял, почему парнишку зовут Барни.

Не знаю, как только я не расколол чашу фонтана, ударившись о неё головой. Мир заходил ходуном перед глазами. Пару дней назад я бы умер после такого. А сейчас отделался легким нокдауном. Я стал вставать, потерял равновесие и повалился в сторону. И весьма удачно — в этот самый момент сверху упал Барни, расколов лапами плиты бетонного дворика.

Зверь был слишком огромный — слишком толстые лапы, а про голову и шею даже говорить не стоит. Я и думать не мог заарканить его в один из своих порталов, оставалось лишь убегать. Я ринулся вокруг фонтана, надеясь, что медведь последует тем же маршрутом, однако же у парня был другой план. Раскидывая в сторону обломки, он протаранил чашу и бросился на меня по прямой. Я едва увернулся от жуткой пасти, мне помогли колючие кустарники. Медведь без проблем разворотил фонтан, но оказался беспомощен против пут странного ползучего растения, стебли которого, похоже, были прочнее стальной проволоки.