— Мы можем внушать разные эмоции, по желанию, — нехотя ответил вампир, — это не магия, это нечто на уровне инстинктов. Вообще вы первая, кто это заметил, можно сказать, я восхищен вашими талантами.

— У меня их так много, — пошутила Ведара, ничуть не обидевшись на шустрого собеседника, это даже немного позабавило ее, — что я удивляюсь, как успеваю еще и работать. Чего вы боитесь, сэр Херефорд? Через несколько часов придут результаты экспертиз, и тогда мы с вами будем разговаривать в другом ключе. Так что у вас еще остается призрачный шанс рассказать мне все самому.

— Не хмурьтесь, леди Ведара, — никак не отреагировав на яркую речь комиссара, посоветовал Шайенн, — у вас морщинки сразу появляются, зачем вам это надо? У вас слишком живая мимика, за ней надо следить, иначе пропадает все очарование.

Забрало, чуть открывшееся навстречу обаятельному собеседнику, с громким стуком захлопнулось обратно. Женщина, считавшая себя не то, что не достойной мужского внимания, очень болезненно воспринимала любые намеки на несовершенную внешность в свой адрес. Стараясь ничем не выдать, как неприятно ей стало общество Шайенна, ведьма достала бумаги и начала их заполнять. Сэр Херефорд, увидев, что женщина взяла протокол, забеспокоился, значит, он здесь надолго.

— Леди Ведара, ну зачем сразу так? Давайте попробуем договориться!

— Конечно, — не отрываясь от своего занятия, хищно улыбнулась ведьма, — я вас слушаю. Вернее, я слушаю о вашей связи с погибшей.

Шайенн едва не застонал, но тут на его счастье в кабинет, подражая смерчу, ворвался паникующий Уильям и с ходу заявил:

— Госпожа Вольт, у меня две новости, по мне, так одна отвратительнее другой.

Ведара искоса глянула на притихшего вампира и сдержанно попросила сержанта рассказать все подробней.

— Первое, сэр Херефорд действительно прошел регистрацию прямо у ворот города, и я даже могу сказать почему, он уполномоченный посол Хемшфира, лицо неприкосновенное и уполномоченное говорить не только от графства Хэйден, но и от лица их Владыки.

Ведара почувствовала, что земля немного закачалась, но усилием воли она осталась сидеть на стуле и даже сумела прокомментировать:

— Если это паршивая новость, то я боюсь узнать, какая вторая.

— Правильно, — с неприкрытым сочувствием отозвался Уильям, кидая на замершего вампира откровенно неприязненные взгляды, — вторая новость хуже. Генерал-лейтенант и начальник нашего отделения узнали, что вы задержали посла и пытаетесь допросить его.

— Международный скандал уже обеспечен, — стараясь не волноваться, пробормотала Ведара.

Она не жалела, что привела сюда сэра Херефорда, было только обидно, что теперь ничего нельзя было сделать, он чувствует свою безнаказанность и будет молчать. Она даже удержать его не может, хотя знает, что он замешан в этом деле по уши! И мало того, что ей никто не даст нормально заняться этим делом, так еще и наверняка отберут столь лакомый кусок, еще и по шее дадут. А генерал крут, очень крут…

— Начальство уже едет?

— Нет, — тихо пробормотал Уильям, — они оба просто в бешенстве и собирают городской Совет. Сэр Ярвурд хотел прислать наряд и притащить вас как преступницу прямо в здание горсовета, но это значит уронить свой престиж в глазах всего города. Кто ж ведет полицейского, тем более комиссара на поводке? Поэтому они велели вам явиться самой, вместе с послом.

Шайенн был рад, что все закрутилось именно так, но только тому обстоятельству, что теперь он свободен. Ведьма встала из-за стола, оправила темно-зеленый китель и с холодным равнодушием посмотрела вампиру прямо в глаза.

— Вам, сэр, конечно, наплевать на простых людей, но вы хоть понимаете, как подставили меня, не сказав, что вы посол?

Что-то острое кольнуло Шайенна куда-то в область чуть пониже поясниц, не иначе совесть попробовала дать о себе знать.

— Вы хотите сказать, что это что-то изменило бы?

Глаза ведьмы отчетливо сказал: «нет, но я бы попробовала по-другому».

Ведара и Шайенн добрались до городского совета в полнейшей тишине. Вернее вампир несколько раз пытался вывести ведьму на разговор, чтобы она не думала, будто он специально подставил ее. Мужичина ведь не знал, что все случиться именно так и более того, не планировал этого. Но женщина упорно молчала, не идя на контакт даже из природной вежливости, но не из-за того, что считала сэра Херефорда виноватым в неудачно сложившихся обстоятельствах. А потому что пыталась собраться с мыслями и что-то придумать, чтобы взбешенное начальство не порвало ее на тысячу маленьких ведьм.

Управление полиции и тайного сыска располагалось на последнем этаже в здании Городского Совета. Это был высокий трехэтажный комплекс из бетона и стекла, светло-песочного оттенка и узкими стрельчатыми темными окнами в два человеческих роста. Он возвышался в самом сердце Орвилла сразу за круглой рыночной площадью, шум которой затихал лишь после часа ночи. Острые шпили крыш, покрытые красной блестящей черепицей, полыхали огнем в свете раннего утреннего солнца. С тоской посмотрев на стремительно светлеющий горизонт без единой тучи, Ведара решительно дернула резные ручки входных дверей, и смело пошла навстречу неприятностям, при этом дробно стуча каблуками. Не отводя внимательного взгляда от профиля женщины, Шайенн негромко проговорил, сам удивляясь своей отзывчивости: