— Как ты… — проговорила я, мотая головой.

— Барретт наткнулся на фотографию, когда взламывал твой аккаунт на «Фейсбуке». Я подумал, она отлично подойдет к этому моменту.

В этот раз, когда появились слёзы, я не стала их сдерживать. И когда желание побудило подползти к нему и обнять, я так и сделала.

И не было никакого замешательства, когда его руки обернулись вокруг меня. И когда слёзы счастья и печали заскользили вниз по его шее, его руки погладили вверх и вниз по моей спине, запутавшись в моих волосах. Я получила множество подарков за свою жизнь. Хотя изрядное количество тех подарков было от бойфрендов, но ни один подарок не был когда-либо столь же обдуманным как тот, что подарил мне Сойер.

— Ладно, детка, — сказал он, немного сильнее сжав. — Остался последний, — сказал он, передвинувшись, поскольку, как я понимаю, он схватил подарок. Я вытерла глаза и слегка откинулась назад, но оставила ноги возле его бёдер, внешняя сторона моих бёдер напротив внутренней стороны его. Он так же не стал отодвигаться, кладя маленькую ювелирную коробочку в мои руки. Мои брови сошлись вместе, когда я посмотрела вниз, понимая, что украшение — слишком личный подарок. Мужчины не дарят украшения подругам.

Но он наблюдал за мной, поэтому у меня не было времени обдумать эту мысль. Я сняла крышку и нашла там подвеску. Она была на изящной серебряной цепочке, очень простая, очень в стиле Сойера, украшение двух перекрещенных кругов. Один был больше и был серебряным; другой был меньше и сделан из золота. И в нём был смысл, который, я не была уверена, что он понимал, но я была чертовски уверена, что понимала.

Это была подвеска символизирующая отношения.

— Она красивая, — сказала я, это и имея в виду, зная, что это тут же станет моим любимым украшением. В действительности, появилось сильное желание взять её и надеть, так что я так и поступила. — Как смотрится? — спросила я, подняв подбородок вверх и в сторону так , чтобы он мог посмотреть. Но его глаза смотрели в мои, а пальцы схватили мой подбородок и повернули обратно.

— Красиво, — сказал он, и в животе у меня всё перевернулось. Он смотрел долгие секунды, прежде чем опустить руку. — Далее, Новый Год, — заявил он, внезапно уходя и направляясь к шампанскому. — У тебя есть какие-нибудь решения, над которыми ты раздумывала, прежде чем всё случится?

Я фыркнула, когда он вынул пробку с шампанского и наполнил оба бокала.

— Больше не встречаться с придурками, — предложила я, смеясь.

— Должно быть, это ежегодное решение каждой женщины. Хотя в последнее время, похоже, что придурки и козлы превышают численностью достойных парней.

Я взяла бокал и подняла его для тоста.

— Я знаю нескольких, — предложила я. Его улыбка смягчилась, когда он отсалютовал мне в ответ и сделал глоток.

— Далее… День Р ождения.

— Правда, здесь слишком много подарков, — указала я, мотая головой.

— Ш-ш, — произнёс он, подойдя к столу с украшениями ко Дню Рождения и указывая на груду подарков. Так что потом я открыла подарки ко Дню Р ождения.

Я обнаружила два новых платья, только немного более облегающие, чем я обычно покупаю для себя. Там же была пара туфель. И еще были билеты на комедийное шоу , в кинотеатр и местный спа-салон.

— Время выбраться и начинать снова делать всякую чушь, Рия. Снова наслаждаться жизнью.

Я кивнула, признавая правду.

— Это, правда, мило с твоей стороны, Сойер. Спасибо тебе огр…

— Мы не закончили, детка, — сказал он, и я взглянула назад на стол, чтобы посмотреть, не упустила ли я что-нибудь.

— Я не вижу…

— Ну, ты так же пропустила Пасху, 4 июля и еще пару дурацких праздников, но есть ещё один большой праздник, который ты забыла и который ты, вероятно, не собиралась праздновать, раз уж твой бывший оказался козлом и ты, наверное, застряла в режиме «к черту мужиков». Но ты пропустила это , и я также его восполню.

Верно.

— Розы, — сказала я, посмотрев назад в коридор.

— Розы, — согласился он, слегка кивнув.

— Розы — это немного…

— Чересчур ? — предложил он. — Ага, — согласился Сойер , не похоже, что он хоть немного смутился этим фактом.

— Я никогда не подозревала , что ты любитель таких банальностей.

— Я никогда не встречал никого настолько циничного как ты, кто бы принял что-то традиционно романтичное за банальность.

Чёрт, да.

Он подловил меня в этом.

Я никогда не была такой девушкой. До Майкла, я таяла, если приходила домой после паршивого дня и находила одиночную розу на подушке или коробку шоколадных конфет. Я была размазней во всех смыслах. Я плакала на свадьбах , и у меня появлялись бабочки в животе при просмотре романтических комедий.

— Ладно, хорошо. Это мило, — я двинулась, улыбнувшись ему. — Но если я последую за этими лепестками и обнаружу ужасно-откровенное нижнее белье, я буду чертовски разочарована.

— Правда? — спросил он, следуя за мной, пока я шла по дорожке из лепестков.— Тогда мне, вероятно, не следовало покупать тебе различные дилдо и вибраторы, да? — спросил он, отчего я захихикала, когда обнаружила, что след из роз прекратился перед закрытой дверью в мою комнату. В двери был зажат маленький красный конверт, и я потянулась за ним с улыбкой, поскольку Сойер наблюдал за мной.