Артур открыл рот, собираясь отшутиться, но встретил оценивающий взгляд «колдуна», и на него повеяло космическим холодом. Он зябко передёрнул плечами, подумав, не бросить ли и в самом деле свои походы в «розу реальностей», раз от разу становящиеся более опасными. Но вопреки сидящему внутри авантюристу, пофигисту и лентяю (авантюризм хотелось применять по своему усмотрению, а не ради выполнения общественных поручений), некая остаточная гордость всё же снова взяла верх над рассудком.

– Вы слишком много от меня хотите… но я остаюсь.

– Что ж, ответ принят. Я не требую от тебя невозможного, хотя знаю, на что ты способен.

– На что? – мрачно осведомился Артур, прислушиваясь к плеску воды в ванной.

– Захочешь, сам разберёшься. Да и спутница поможет.

– Вы не даёте мне всей информации… мне трудно оценить, насколько я свободен в выборе…

– По-моему, я тебе всё рассказал. Какая ещё информация тебе нужна?

– К примеру, я так до сих пор и не понял, кто такой этот Конкере, Монарх Тьмы. Не могу представить, как он выглядит… и вообще…

– Монарх – это энергоинформационный сгусток, обладающий личностными характеристиками. Сущность, способная реализовываться в любом объекте «розы реальностей», в том числе и в Материнской реальности – после бегства из тюрьмы. А поскольку чужое мнение, чужие эмоции и мысли, планы и решения для него не имеют никакого значения, Конкере опасен для всей Вселенной. Потому что любит экспериментировать, изменять существующий Миропорядок, как и его предок – Люцифер. Он может замахнуться даже на Замыслы Создателя. Вот почему его надо остановить.

– Если его не смогли остановить Аморфы…

– Аморфам всё безразлично, из-за чего они и получили такое название. Судьбы цивилизаций и метавселенных «розы» их не волнуют. И не они когда-то упрятали Конкере в тюрьму.

– А кто?

– Страж Порядка, контролирующий соблюдение законов и принципов Творца. Соборная сущность, состоящая из многих и многих этических систем, таких как Архитектор Согласия, Воин Закона Справедливости, Книга Бездн и других.

– Они тоже… обитают в «розе»?

– Нет, они проявляются тогда, когда наступает потребность в их проявлении – через носителей духа, носителей психики, людей, духовно развитых и ответственных. Но я заболтался. Прощай, увидимся позже.

– Вы только за тем и приходили? – Артур выдавил кривую улыбку. – Чтобы наставить меня на путь истинный?

– Ах да. – Тарас протянул руку. – Дай-ка Свисток.

– Зачем?

– Не задавай ненужных вопросов.

Артур достал «берестяную» палочку с дырочками.

Тарас взвесил её в руке, глянул как-то по-особому, и «свирель» засветилась нежным розовым светом, сделалась прозрачно-огненной, затем снова обрела прежние размеры и вид.

– Держи.

– Что вы с ней… с ним сделали?

– Проверил на вирусы.

Тарас помахал рукой, и его не стало.

В спальне появилась завёрнутая в махровое полотенце Светлана.

– С кем ты разговаривал?

Артур очнулся, спрятал в карман Свисток, создающий впечатление шевелящейся живой твари.

– Кажется, отдыхать нам не придётся.

– Что случилось? У тебя кто-то был? Я слышала голоса.

– Тарас заходил.

– Опять? – поняла девушка, оживляясь. – Колдун?

– Тарас не колдун… вернее, он маг, иерарх Круга, отвечающий за службу безопасности «розы»… если только я правильно его понял.

– Он тебя ругал?

– Не ругал, но… я должен выполнить миссию, ради которой мне и подарили дополнительные умения и знания.

– Я пойду с тобой!

– Это невозможно, Светик. Я не стану рисковать твоей жизнью.

– Я пойду с тобой! И не возражай, обузой я не буду. У меня первый разряд по бегу, я умею стрелять, ставить палатку, готовить…

– Вышивать крестиком, – засмеялся Артур, – мыть полы.

– Издеваешься? – сдвинула брови Светлана.

– Ты идеальная спутница, и всё же я не могу взять тебя с собой. Мне надо нырнуть в прошлое на миллиарды лет, отыскать Предтеч и попросить их помочь справиться с Монархом Тьмы. Экспедиция опасна и непредсказуема. Поэтому ты останешься ждать меня дома.

– Никогда! Без меня ты пропадёшь!

Артур заколебался. Одному скитаться по прошлым временам не хотелось.

– Ты пожалеешь…

– Никогда! Значит, ты берёшь меня с собой?

– Собирайся, – махнул он рукой. – Иначе не отстанешь. Только потом не хнычь.