Княжна. Поди прочь от меня, недостойный человек! Не заступаться тебе надо бы за дочку-то, а хорошенько поучить ее, как надо с мужем жить.

Девочкин. Я ее, сватьюшка, и учу, и браню. Бог ее теперь и наказует за непочтение к родителям... Я уж, сватьюшка, офицериком к покойной маменьке моей приехал; слепенькая уж она была, с клюкой ходила, да, что ли, как-то поутру к ручке к ней подойти и забыл... Она подкликнула меня к себе: "Подька, говорит, сюда, Петька!" и по спине-то клюкой лущила, лущила меня! А я только кланяюсь ей: "Матушка, помилуй, родимая, прости!".

Княжна. И родители прежде не такие были, не были у них с утра до ночи глаза налитые вином.

Девочкин. Это я, сватьюшка, не запираюсь, пью, потому мне нельзя, я ранен. Мне его высокопревосходительство господин генерал-штаб-доктор при отставке сказал: "Пейте, говорит, водку и табак курите! Табак, говорит, будет у вас мокроту вытягивать, а водка силу давать".

Княжна. Даст она тебе силы, околеешь где-нибудь под забором.

Девочкин. Никогда! Потому - водка мне не вредна; я все на воздухе и в моционе.

Княжна. Ну, прах тебя возьми, делай, что хочешь! Убирайся только отсюда поскорее... (К карлице.) Сведи меня к брату. Заботит он меня очень, что с ним деется...

Карлица под руку уводит госпожу.

Девочкин (один, смотря вслед княжне). Старуха-то сдобная, как бы взять ее за шивороток да тряхнуть хорошенько, - боже мой, сколько бы денег из нее посыпалось... Да-с, да!

Тот же и дворецкий входит с водкой.

Дворецкий. Мужик, что с вами приехал, спрашивает вас-с.

Девочкин (немного сконфузившись). Ничего, подождет еще! (Наливает и выпивает залпом рюмку.) Первая, говорят, колом!.. (Сейчас же наливает и выпивает другую рюмку.) Вторая соколом! (Наливает третью и четвертую и мгновенно выпивает их.) Третья и четвертая маленькими пташками! (Дворецкому.) Позови мужика.

Дворецкий. Слушаюсь! (Уходит.)

Девочкин (один, к публике). Есаула нашего буду иметь честь представить вам.

Тот же и Сарапка, горбатый, кривобокий, в поддевке короткой, в смазных сапогах и с кистенем за поясом.

Сарапка. Что ж, Петр Григорьич, долго ли ж нам дожидаться тут?

Девочкин. Погоди, братец!.. Человек помирает, что мне тут делать.

Сарапка. Коли годить-то, помилуйте? Мы не то, что народ вольный, может уходить за всякий час без страха. Вы сами говорили: как дочку ослободим вашу, вы сейчас сто рублей выдадите.

Девочкин. И выдадут.

Сарапка. Ну и выдайте коли!.. Атаман с меня спросит. Робята у меня уж голдят: "Либо, говорят, утекаем, либо на деревню пойдем!.." Исправник тоже скрылся, того и чай, с командой наедет.

Девочкин. А зачем ты, скотина, князя ранил? Не будь того, он сдался бы на капитуляцию, все бы тогда было: деньги, вино и пиво.

Сарапка. Кто его ранил-то; сам лез, я только отмахнулся топором, так ему голову-то и подставлять? Дворяне еще, право!

Девочкин. Ты не груби, пока цел! Зуба ни одного не оставлю. (Поднимает руку.).

Сарапка. Свои наперед береги. (Прислушиваясь и задрожав всем телом.) Чу, это гарнизонный барабан... Влопался, право, я в это дело... Убегать надо! (Вскакивает на окно, выбивает раму, свистит и соскакивает, ему отвечает несколько свистов.)

Девочкин. И мне, черти, с ними надо убираться! (Выпивает торопливо еще рюмку водки, вскакивает тоже на окно, свистит и соскакивает.)

Сцена несколько времени остается пустою, слышны крики и выстрелы. Вбегает княжна, за ней карлица.

Княжна. Господи, опять уж там сраженья и драка. (Падает в кресло.)

Карлица. Сраженье, матушка, настоящее сраженье! (Подбегает к окну и начинает в него смотреть; раздается выстрел.)

Княжна (вздрагивая всем телом). Царица небесная, приими последний мой конец!.. Не покарай меня в моих грехах: аще злобствовала, ехидствовала, коварствовала.

Карлица (смотря в окно). Матушка, Митрий-то Яковлич Рыков ловит того мужика, что ранил князя; на-ка, матушка, как тот кистенем-то отмахнулся, ажно шпажку у Митрия Яковлевича переломил!

Княжна. Архангел Михаил, вручи ему меч всеразящий! Кроткий Давид победил Голиафа. Царица небесная, покрой его кровом твоим!

Карлица. Словил, матушка, он мужика-то!.. Охотники наши ему уж руки и ноги перевязали! И, матушка, от ворот-то пыль какая идет!.. (Слышится звук труб и бой барабанов.)

Княжна. В трубу уж затрубили, - последние дни и часы приближаются.