— Однако, пока я его не нашел, я могу поработать и на тебя. Мне понадобится работа после того, как я выполню задание.

— Даже Вдоводел не чужд логики, — удовлетворенно отметил Маркиз.

— Случается и такое, — согласился Найтхаук. — Когда мне начинать? С чего?

— Поначалу даю тебе несколько дней, чтобы подлечиться. Наш поединок не прошел для тебя бесследно. Привыкни к Клондайку, познакомься с мужчинами и женщинами, которые работают здесь. У меня «люкс» на шестом этаже отеля в этом же квартале. Он твой.

— А где будешь ты?

— На десятом этаже, — с улыбкой ответил Маркиз. — Мне нравятся пентхаузы. Я пришлю врача, чтобы он заштопал тебя и поправил нос. Если тебе что-то потребуется, достаточно позвонить в бюро обслуживания. Если пойдешь в город за едой, выпивкой или одеждой, называй свое имя, пока тебя не начнут узнавать. Прежде чем ты покинешь мой кабинет, я дам всем знать, что ты работаешь на меня.

— Твои люди обслуживаются по столь высокому разряду? Я удивлен, что торговцы еще не покинули Тундру.

— Я бизнесмен, а не филантроп, — рассмеялся Маркиз. — Как я возьму с них налоги, если они останутся без прибыли? Нет, carte blanche* 3 есть только у тебя и Мелисенд.

— Мелисенд?

— Девушка, к которой ты никогда не прикоснешься.

— Жемчужина Маракаибо?

— Это ее профессиональный псевдоним. Как Маркиз Куинзберри или Вдоводел.

— Ладно, она — Мелисенд, я — Джефферсон Найтхаук. А кто ты?

— Мое настоящее имя тебе ничего не скажет.

— Мне все равно хочется его знать.

— Я знаю, что хочется. Но я не собираюсь называть его тебе. Пусть все по-прежнему думают, что я умер.

— Как скажешь. — Найтхаук пожал плечами. — Но мне представляется, что это несправедливо.

— Разумеется, несправедливо, — кивнул Маркиз. — Я — босс, а ты нет. При чем здесь справедливость? Учитывается ли она хоть при каком-то раскладе?

— Пожалуй, что нет.

— Интересное выражение у тебя на физиономии.

— Правда?

Маркиз кивнул.

— И вот что оно вещает: «Как-нибудь, застав Маркиза врасплох, я напомню ему об этих словах… вероятно, после того, как отберу его женщину и вышибу почву у него из-под ног». — Маркиз помолчал. — Забудь об этом. Такому не бывать.

— Это твоя фантазия, не моя.

— А какие у тебя фантазии… сколько в них женщин?

— Ни одной.

— Совсем нет женщин? Что же это за фантазии?

— Я скажу тебе, когда мы будем лучше знать друг друга, — Ответил Найтхаук. — Возможно, я даже обращусь к тебе за помощью.

— Это успокаивает.

— Неужели?

— Конечно, — улыбнулся Маркиз. — Сие означает, что в твоих фантазиях отсутствует мое убийство.

— Да уж, я нацелился на рыбку покрупнее.

Не только крупную, но и старую, которую надо убить до того, как его адвокаты и врачи решат убить меня.

— Правда? — в голосе Маркиза слышался неподдельный интерес. — Ты думаешь, что убийца более крупная рыба, чем я?

— Хочешь начистоту?

— Конечно.

— Я думаю, убийца — ты.

— Я же сказал, что нет.

— Знаю. Но я тебе не поверил.

— И что ты собираешься теперь делать?

— Накапливать информацию. Не спеша. И надеяться, что ты окажешься прав.

— Что-то я тебя не понимаю, — нахмурился Маркиз. — Вроде бы ты убеждал меня, что твоя первейшая обязанность — найти убийцу.

— Моя первейшая обязанность — искать его. Не найду — значит, не судьба.

— Ага, значит, я не ошибся, — покивал Маркиз. — Если ты выполнишь свою миссию, тебя вновь отправят в чан с протоплазмой.

— Я приложу все силы, чтобы не отправили.

— Оставайся здесь, и тебя никогда не найдут.

— Есть один человек, который найдет меня где угодно, — ответил Найтхаук.

— Ерунда! Ты — Вдоводел.

— Как и он… если они его вылечат, на следующее утро он кинется за мной.

— С чего ты это взял?

— Я бы так поступил… а я — это он.

— Глупость какая-то, — запротестовал Маркиз. — Зачем Вдоводелу убивать свой клон? Тем более что за это ему никто не заплатит.

— Не могут два Джефферсона Найтхаука одновременно ходить по земле. Я получил то, что он по крупицам собирал всю жизнь: его личность. Он захочет ее вернуть.