На всякий случай стянув с ног ботинки, вытащив «ТТ» и сняв его с предохранителя, Лобастый на цыпочках поднялся по лестнице на второй этаж, осторожно заглянул в комнату с камином и обомлел.

Возле стола, не обращая внимания на окровавленные трупы на полу, стоял веснушчатый лопоухий парень лет восемнадцати с тем самым трофейным «мосбергом» в руке и внимательно, не спеша разглядывал рассыпанные на столе драгоценности!

Сжимавшая пистолет рука Лобастого, казалось, сама собой навела оружие на прыткого незнакомца, а указательный палец плавно нажал на спуск.

Наверное, парень что-то почувствовал. В последнее мгновение перед смертью он успел резко обернуться и, приоткрыв рот в немом крике, посмотреть на братка испуганно-удивленным взглядом зеленых глаз, между которыми одновременно со звуком выстрела вдруг появилась крохотная красная точка, издалека похожая на раздавленную ягоду смородины. Неестественно взмахнув руками и выронив помповик, парнишка упал под стол и, дрыгнув ногами, затих. Лобастый деловито подошел к столу, сгреб золото, нагнулся и поднял с пола выпавший из разжавшейся руки мародера витой платиновый браслет. Краем шторы стер с пистолета отпечатки пальцев и бросил пистолет на пол.

Спустившись вниз, Лобастый торопливо обулся, прильнул глазом к узкой щели в приотворенной входной двери, оглядел окрестности и бестелесной тенью покинул дом. Окольными путями, стараясь не привлекать к себе внимания, он неспешным шагом вернулся к тачке…

Не успел Лобастый открыть дверь, сесть за руль и вставить в замок зажигания ключ, как возле «форда», словно из-под земли, вырос, размахивая вездесущей полосатой палкой, помятый, с опухшей рожей лейтенант. Наверное, этот проклятый мент специально ждал где-то поблизости в надежде срубить полтинник на опохмелку! Лобастый опустил стекло и, холодея от дурного предчувствия, молча протянул документы. Мент, дыхнув перегаром, нечленораздельно представился и лениво поинтересовался:

– Откуда и куда едете, гражданин… э-э, Антонов?

– Из Нарвы в Питер, – тоном, ясно дающим понять нежелание вдаваться в длинные объяснения, ответил Лобастый. – Все в порядке, командир? Я могу ехать? Через полчаса мне нужно быть в городе.

– Минуточку… – Изучив техпаспорт и права, заглянув в талон техосмотра и даже смерив взглядом остаточную глубину протектора на скатах, но так и не найдя ни малейшей зацепки, лейтенант недобро буркнул: – Я давно вас тут поджидаю, товарищ водитель. Куда это вы ходили?

– По нужде приспичило, – скорчив рожу, фыркнул Лобастый. – Запрещено, что ли?!

– Аптечка, огнетушитель, знак аварийной остановки в машине имеются? – не унимался мент.

– Да! Можешь посмотреть там, в багажнике! – Лобастого вновь начинало лихорадить.

– Я бы попросил вас следить за речью, товарищ водитель, когда разговариваете с сотрудником милиции при исполнении! – прибавив металла в голосе и сдвинув брови, жестко осадил гаишник. – Почему заезжаете на зеленую зону?

– Не понял. Вот это – зеленая зона? – ткнув пальцем в поросшую редкой травкой и усыпанную всевозможным мусором обочину, на которой стоял его «форд», скривился Лобастый. – Ну-у, ва-аще… Слушай, лейтенант, давай без клоунады. Я и так опаздываю. Сколько тебе нужно, чтобы ты отвязался, а? На вот стоху, и разбежались, – протянув смятую купюру, он повернул ключ в замке зажигания. Мотор зарычал.

И тут произошло нечто слабо поддающееся логике. Вместо того чтобы взять деньги и с благодарностью ретироваться, лейтенант наклонился, быстро выдернул ключи, заглушив двигатель, и тут же спрятал их в карман форменного кителя.

– Дача взятки должностному лицу – уголовно наказуемое преступление, – с вызовом сказал мент. Затем извлек из внутреннего кармана блокнот, авторучку и, отойдя на два шага от капота, быстро записал номер «форда».

Лобастый вдруг подумал, что когда в коттедже обнаружат трупы и поднявшиеся на дыбы мусора станут искать убийц, эта вроде бы неприметная запись в потертом лейтенантском блокноте может обойтись ему слишком дорого…

Распахнув дверь, он вышел из машины и приблизился к менту. Краем глаза зафиксировав на поясе лейтенанта кобуру с табельным пистолетом, доверительным шепотком покаялся:

– Погоди, слышь, земляк. Ну, погорячился я, извини. Ты мужик, и я мужик, так неужели мы не договоримся? Давай разойдемся по-людски, ей-богу! К чему все эти заморочки?

– Договоримся, не волнуйся… – не меняя выражения лица, гаишник спрятал блокнот и рукой указал на машину. – Только не здесь, а на посту. Это недалеко, семь километров в обратную сторону. Сейчас вы пересядете на соседнее сиденье, а я сяду за руль. И предупреждаю: без фокусов! – предупредил мент.

– Ну, сука!.. – выдохнул браток и засветил несговорчивому легавому прямой в подбородок.

Громко клацнув зубами, лейтенант со стоном повалился на землю.

Слабо отдавая себе отчет в происходящем, браток коршуном прыгнул на гаишника, обхватил его башку двумя руками и что есть силы рванул в сторону.

Пошарив по засаленному, обсыпанному перхотью кителю, Лобастый быстро вытащил документы, ключи и проклятый блокнот с номером машины. Лихорадочно огляделся. Никого, если не считать валявшегося возле безлюдной автобусной остановки алкаша. Прыгнув в тачку, браток вновь запустил мотор и до отказа выжал педаль газа. «Форд» с визгом провернувшихся покрышек сорвался с места…