Из этого похода, кроме всего прочего, я вынесла кое-что ценное.

Оказывается, старушкиного «кобелька» помнили практически во всех местах, куда его водили, — помнили если не из-за наград и самой хозяйки, то из-за его собственной морды: он походил на бультерьера, но был почти в два раза крупнее, представляете?

Известно стало также и то, что иногда вместо Зинаиды Андреевны пса приводил некий мужчина среднего роста, с небольшой залысиной, кареглазый шатен, обладающий короткими пальцами и аккуратными ногтями. Лет пятидесяти. На молодых ветеринарок и парикмахеров произвел неизгладимое впечатление своим тихим проникновенным голосом и прекрасными манерами. Зовут его не то Алексей Николаевич, не то — Александр Никитич.

Надо будет спросить у старушки.

Я подумала, что сейчас, в восемь вечера, она уже может быть дома. И позвонила из автомата.

Трубку долго никто не брал. После третьей попытки пошел сигнал «занято». Я пожала плечами и решила перезвонить из дома.

Но по дороге попался еще один таксофон, звякнула оттуда. И трубку взяли.

— Алло? — спросил приятный негромкий мужской голос. Кажется, обладатель его весьма волновался.

— Здравствуйте. Пригласите, пожалуйста, Зинаиду Андреевну.

— Ее здесь нет, — голос говорившего дрогнул, он, кажется, намеревался повесить трубку.

— Она мне очень нужна, — быстро сказала я, — это Таня Иванова, Зинаида Андреевна ко мне приезжала…

— Да-да, — произнес голос, — вот именно по дороге от вас она и пропала.

— Как — «пропала»?!

— У нас создается ощущение, что ее похитили. В машине имеются следы борьбы, шофер тоже исчез.

— Шофер?

— Да-да, частный шофер Зинаиды Андреевны… Знаете что, Таня?

— Что?

— Постарайтесь меня понять: мы все скорбим из-за этой трагедии.

Возможно, тетя уже мертва или ее сейчас пытают. Может быть, к нам обратятся похитители с целью получения выкупа или… — Он оборвал сам себя:

— Да что говорить! — и прерывисто вздохнул. Я восхищенно замерла: похоже, манеры разговора в роду Булгаковых передавалось из поколения в поколение и свято хранились.

— В общем, про Лидера можете забыть. Теперь всем этим делом занимается милиция, и проблема пропавшей собаки отступает на второй, так сказать, план. Мы все очень озабочены судьбой самой Зинаиды Андреевны.

— Но ведь она наняла меня, она даже оплатила предварительные расходы…

— Да поймите вы наконец! — обладатель приятного голоса вдруг истерически сорвался. — Собака — ничто! Зинаида Андреевна — все! Это дело больше не ваше, оставьте его! Прошу вас! Это все, прощайте! — И повесил трубку.

— Ни хрена себе! — громко сказала я, заставив прохожих обернуться.

Некоторое время раздумывала, что делать дальше, посторонилась в ответ на раздраженное: «Отойдите от телефона».

Во мне клокотала ярость. Ублюдок позволил себе решать за меня, орать на меня, да еще и присвоил право на последнее слово, презрительно повесив трубку!

Нет, я это дело так не оставлю. Если бабулю похитили вслед за собакой, все происходящее поднимается на новую ступень. Значит, дело здесь более серьезное, чем я предполагала… только вот зачем и кому нужна старушка?..

А-а-а! Разумеется, тренировать своего пса и справляться с ним, если те, кто его похитил, не смогли этого сделать. То есть рабочая версия есть.

Но кто мог похитить? Каким образом в это замешан шофер?

Отметив в памяти необходимость обязательно выяснить, где Зинаида Андреевна нанимала шофера, я потихоньку добрела до собственного дома. Во дворе было тихо.

Мамаши с детишками уже оставили уютные скамейки, увлекшись прелестями Сиси и Мэйсона из «Санта-Барбары», подростки прятались в своих подворотнях.

У арки курили двое мужиков, один, из соседнего подъезда, другой — его друг-сообразитель (они ведь часто соображают на двоих-троих). Наверное, обсуждали погоду — ведь все остальное суета.

Потянувшись, я зевнула и направилась к подъезду.

Только взялась за ручку прикрытой входной двери — меня дернуло нехорошее предчувствие.

А потом я услышала приглушенное дыхание и напряжение, скопившееся в подъезде.

Меня ждали.

Впрочем, и я ждала: на этом месте совершенно различные люди в разные времена пытались подстеречь меня. Удалось только первый раз. Потом я научилась быть внимательнее.

Оружия я с собой обычно не таскаю, потому что в нормальной жизни оно не нужно.

На сей раз, правда, в сумке прикорнул газовый баллончик с «черемухой», но против серьезных ребят это игрушка.

Сколько их? Наверное, не больше четырех и не меньше двух… Черт, несколько секунд пронеслись мимо, а я все никак не могла решить, что делать. Оставлять их у себя за спиной, уходя ночевать куда-то налево, я не могла. Хрен знает, чего им нужно. Ладно, решение принято.