– Стой, кто идет? – синхронно сказала парочка, держа автоматы на изготовку. Тренировали их, наверное, отменно, потому что дуэт получился необычайно слаженным.

– Свои, свои, – успокоил милиционер Макс и сунул под нос гвардейцам сразу несколько желтых карточек-пропусков.

Гвардейцы стали несколько менее подозрительными. Из окна машины я наблюдала, как они забросили свои автоматы за плечи и начали совещаться.

– Мы сначала доложим, – сказал наконец один. – Про вашу машину нам ничего не сообщали.

– Может, вы шпионы, – произнес второй.

– А пропуска подделаны, – добавил первый.

– И в машине взрывчатка, – сказали они хором. Дуэт снова прозвучал отменно. Видимо, в случае появления неизвестной машины у них уже были какие-то инструкции.

– Ребята, да вы что, с ума сошли?! – сказал, повысив голос, Макс. – Хотите, чтобы вас завтра вышибли отсюда? Мы же ПРЕЗИДЕНТА везем!!

Гвардейцы тут же схватили свои автоматы и снова их взяли на изготовку.

– Врешь! – сказал первый. – Президент проехал давно в Кремль. Нам сообщили.

– Через Спасские ворота, – сказал второй. Как мне показалось, немного обиженно. – Он через Спасские ездит и ездит. А через наши – никогда.

Максим произнес сурово:

– Можем и сейчас проехать через Спасские. Но тогда вы пеняйте на себя!

При этих словах дверь нашей машины щелкнула. Лейб-гренадеры мгновенно наставили на наш «БМВ» свои стволы, готовясь поразить супостата или умереть. Вместо супостата из авто с грацией заправского адъютанта выпорхнул Полковников и распахнул противоположную дверцу машины.

Только бы не сорвалось, подумала я. Господи, я в тебя не верю, но все же пошли сейчас Лере Старосельской удачи! Сейчас наступала самая опасная фаза нашего плана. Господи, сделай так, чтобы эти парни оказались простыми деревенскими пентюхами.

Из машины вышел Президент. Естественно, бывший. Не узнать его стражи ворот просто не могли. Расчет был на то, что старого президента за шесть лет все видели неоднократно, а новый за три месяца еще не успел толком примелькаться. Тем более, если стражи ворот только что из деревни, где в тонкостях политической ситуации разбираются плохо.

– Здорово, орлы! – важно произнес экс-президент. – Не узнаете меня, что ли? А, гвардейцы?

Парочка дружно взяла на караул своими автоматами. Все, что они делали синхронно, получалось у них слаженно и красиво.

– Здра! Жла! Гдин! Пдент! – автоматически выкрикнули они.

Экс-президент нагло потрепал по щеке крайнего гвардейца.

– Молодцы! – сказал он торжественно. – Благодарю за службу. А теперь пропустите эту машину. Они со мной.

Один из стражей мигом сорвался с места, нырнул в дежурку и завозился там. Скоро створки ворот начали медленно открываться.

Второй страж ел глазами экс-президента. Фонарь над дежуркой освещал его честную физиономию, и я видела, как на этой физиономии верноподданнические чувства борются с деревенской сметкой. Победила все-таки осторожность.

– Господин президент! – неуверенно, сам пугаясь своих слов, обратился он. – Но ведь нам сообщили, что вы уже в Кремле. Уже с двадцати часов сорока пяти минут московского времени.

– Как же я в Кремле, – рассудительно произнес наш хитрый экс, – когда я вот стою перед тобой. Можешь меня потрогать.

– А кто же тогда в Кремле? – тупо спросил страж.

– Не знаю, – пожал плечами наш бывший. – Вот приеду, проверю.

– Ага! – понял страж. – Значится, теперь два президента? Правильно я рассуждаю?

– Правильно, – задумчиво ответил экс, садясь в машину. – А два всегда лучше, чем один.

Этот простой аргумент и решил все дело. Страж снова взял на караул, и наш «БМВ» медленно, как и подобает машине президента, въехал в Кремль. Ворота за нами закрылись. Так или иначе, отступать было некуда. Оставалось только двигаться вперед.

– Куда теперь? – спросил Максим напряженно. Он еще тоже не отошел, кажется, от пережитого волнения. Эти опереточные воины, заподозри они неладное, расстреляли бы наше авто строго по уставу и даже отпуск бы за нас смогли получить – съездить в родную деревню. Все-таки славно, что на нашей стороне человек, который знает эти места. И которого, кстати, самого знают в этих местах.

– Прямо, потом чуть вправо и снова прямо, – произнес бывший. – А потом нам придется идти пешком. Есть тут такой переход, которым я иногда пользовался, когда хотел сократить расстояние.