Однако Джордан все же пришел, почти следом за ней, ни словом не обмолвившись по поводу того, что Кэсси явилась домой на полчаса раньше положенного.

– Если вы быстренько наденете пальто, – деловито сказал он, – мы как раз успеем до закрытия пробежаться по магазинам.

– До Рождества еще целых три недели. С сегодняшнего дня и до самых праздников все магазины работают до семи, – сообщила Кэсси, и Джордан, облегченно вздохнув и сняв пальто, направился в кухню.

– Прекрасно. В таком случае у вас есть некоторый запас времени. После магазинов мы где-нибудь вместе поужинаем.

Кэсси была слегка раздосадована тем, что он, не спросив ее, принялся хозяйничать на кухне, приготовляя чай, будто у себя дома, однако воспользовалась свободным временем – надела тонкое шерстяное платье и достала пальто. Она чуть подкрасилась, затянула пояс на пальто – для тепла! – и завершила свой зимний туалет, надев меховую шапку. Ей вовсе не улыбалось снова промерзнуть и заболеть, куда бы Джордан ни собирался ее повести.

В обычной ситуации Кэсси наотрез отказалась бы выходить из дома, но она помнила о своих сегодняшних «проколах», а вдобавок хотела как-то загладить свою вину: ее мучила совесть, что она ни разу не спросила Джордана об отце. Наконец, им просто необходимо появляться на людях вместе. Ведь именно поэтому он ее и пригласил, поэтому настаивал, чтобы она помогла ему устроить рождественский праздник.

Джордан пил на кухне чай и, когда она вошла, окинул ее внимательным взглядом.

– Хотите чаю? – коротко спросил он. Кэсси покачала головой, молча в ожидании стоя перед ним. Отставив пустую чашку, он быстро надел дубленку. – Ну что ж, тогда в путь, товарищ!

Видимо, Джордана весьма позабавила ее казацкая шапка, но Кэсси решила пропустить его выпад мимо ушей. И спрашивать, что он собирается покупать, она тоже не намерена!

Он выбирал елочные украшения, и, несколько минут постояв рядом с ним, Кэсси не выдержала, принялась ему помогать и в конце концов невольно увлеклась этим серьезным делом. Ведь страшно же интересно! С тех пор как стала жить одна, Кэсси ни разу не покупала себе елку на Рождество и Бог знает сколько времени не держала в руках хрупкие стеклянные колокольчики и блестящие шары. Она энергично вмешалась в отбор украшений и совершенно отстранила Джордана, он на время куда-то отлучился и вернулся с несколькими коробками крекеров, как раз когда нужно было расплатиться. Поужинали они довольно рано, а затем направились на машине за город; вот тогда-то самообладание оставило Кэсси. И настроение упало. Совсем недавно она чувствовала себя великолепно, начисто забыв, что этот вечер всего-навсего часть задуманного Джорданом плана. На рождественской вечеринке ей предстояло разыгрывать из себя любящую и счастливую невесту и делать вид, что это всерьез. Потом будет Рождество с родителями Джордана, а дальше что? Сколько еще они будут вместе, изображая жениха и невесту?

Лучше бы они работали в разных городах и в разных газетах. Очевидно, уйти придется ей, только вот куда, задумалась Кэсси. Найти работу в вечерней газете не так-то легко. Хотя в случае удачи она бы избежала двусмысленного положения после разрыва этой фальшивой помолвки. К тому же ее уход создаст впечатление, что у них не все ладно.

Дом Джордана располагался в нескольких милях от города, и Кэсси вспомнила, что его отец когда-то жил в этих местах. Правда, ей не доводилось бывать здесь, да и сам Хэролд Рис ездил сюда не так уж часто. Много лет назад он купил себе дом у реки и проводил там редкие свободные дни, пока не отошел от дел. Здесь же никакой реки не было.

Внутри дом оказался теплым и прекрасно обставленным. Когда Джордан жестом пригласил ее в просторную уютную гостиную, Кэсси несколько удивилась, обнаружив, что он уже успел купить рождественскую елку. Большая, пушистая, она была посажена в деревянную кадку и в комнате меньшего размера просто не поместилась бы.

– Я вижу, вы во всем любите масштабность, – заметила Кэсси без всякой иронии, но Джордан по-прежнему держался холодно и натянуто, очевидно полагая, что у нее очередной приступ задиристого настроения.

– Только в том, что меня действительно интересует, – буркнул он. – А сейчас я буду ее наряжать. Если хотите, можете помочь, если же нет, то присядьте и обдумайте пока предстоящую вечеринку.

– Сначала я хотела бы поговорить с вами, – набравшись смелости, сказала Кэсси. – Мне кажется, нам нужно кое-что обсудить, и чем скорее, тем лучше.

– Ну что же, – он был слегка раздосадован, но, видя, что Кэсси полна решимости настоять на своем, сдался, – валяйте. – Он уселся на стул, жестом пригласив ее сделать то же самое, и она не мешкая взяла быка за рога, опасаясь, что позже не хватит духу сказать ему все, что должно быть сказано.

– У нас с вами довольно сложная ситуация, я имею в виду, мы работаем в одной редакции, постоянно играем на людях, притворяясь, что нам очень нравится быть вместе. Я подумала, что нам бы лучше работать в разных газетах. Вокруг было бы куда меньше любопытных глаз, а значит, мы бы так не напрягались, изображая несуществующую близость. Мы могли бы навещать вашего отца каждую неделю, в другое же время спокойно жили бы своей жизнью. Совершенно очевидно, что уйти нужно именно мне, поэтому я решила, что немедленно займусь поисками нового места.

Он молча смотрел на нее, и Кэсси пришлось собрать все свое мужество, чтобы выдержать взгляд его холодных, сверкающих гневом глаз.

– Это и есть ваше решение? – с явной враждебностью спросил Джордан. Жалкий итог ваших глубоких раздумий?

– Вы же наверняка видите, что в этом есть смысл, – вспыхнула Кэсси.

– Я вижу, как это воспримут все окружающие… если я позволю такому случиться, – отрубил он. – Я очень хорошо помню ваше желание, чтобы помолвка продлилась один день! Помню и то, что объяснил вам абсолютную невозможность чего-либо подобного, и не собираюсь повторять свои доводы. Постарайтесь хоть сейчас посмотреть на все иначе, с точки зрения другого человека. Как вы полагаете, что подумает мой отец? Или ваша мать? Редакция загудит от слухов и домыслов. Если вы испытываете серьезные неудобства из-за нашей временной помолвки, так и скажите, и мы положим этому делу конец. Но хочу вас предупредить, Кэсси, в таком случае вам действительно придется искать другую работу! Когда я в последний раз навещал родителей, моя мать только и говорила что о вас. Она относится к вам как к дочери, и я не позволю, чтобы ей причинили боль. Только попробуйте расстроить ее теперь, когда она так тревожится об отце, и я устрою вам веселую жизнь!