Дронго медленно поднялся со стула. Рауль озабоченно смотрел на него.

– Нам нужно вернуться в дом, – Дронго взглянул на часы, – сейчас Моргунас должен поехать на вскрытие.

– Да, – кивнул Рауль, – его повезу я. Меня уже предупредили.

– Будьте осторожны, – пробормотал Дронго.

Рауль с некоторым изумлением взглянул на эксперта, но ничего не спросил. Через несколько минут они были уже у гаража, где их ждал мрачный Моргунас.

– Кристин плохо себя чувствует, – сообщил врач, – если так пойдет дальше, я буду вынужден вызвать врачей и поместить ее в больницу. Она ничего не ест и не пьет.

– Ее можно понять, – сказал Дронго.

– В ее положении нельзя так себя вести, – возразил Моргунас. Он подошел к машине и сел на переднее сиденье. Рауль сел за руль. Машина отъехала.

Дронго увидел Барнарда, который подошел ко второй машине. Секретарь был в подавленном настроении, это сразу чувствовалось.

– Как Кристин чувствует себя? – поинтересовался Дронго.

Барнард посмотрел на него так, словно не понял, о чем именно его спросили.

– Плохо, – вздохнул он, – сейчас у нее сидит Юхан. Она позвала сына, чтобы поговорить с ним. Он поднялся к ней совершенно мокрый, как будто вылез из бассейна, где плавал в одежде.

– Он случайно упал в бассейн, – сообщил Дронго.

Барнард с удивлением взглянул на своего собеседника.

– Как это упал? – не понял секретарь.

– Вместе с Горлачом. Я вообще полагаю, что вам не нужно каждый раз брать с собой этого типа. Он уже успел поругаться со всеми.

– Возможно, вы правы, – нахмурился Барнард. – Кристин мне тоже об этом говорила. Только не говорите никому, что Горлач поспорил с Юханом.

– Вчера вечером Кристин тоже заходила к Юхану, – заметил Дронго.

Барнарду явно не понравилась его фраза.

– Откуда вы знаете? – нервно уточнил он.

– Я их видел. Их отношения гораздо более доверительные, чем кажется на первый взгляд.

– Верно, – согласился Барнард, – она его безумно любит и готова на все ради Юхана.

– Нужно убедить ее, что Алиса не такая уж плохая подруга для ее сына, – заметил Дронго. – Она была вынуждена подрабатывать не в самых лучших фильмах. Но ее можно понять, ей так хотелось пробиться. И она старается изо всех сил.

– Кристин это знает, – ответил Барнард, – она вообще все знает.

Он открыл дверь второго джипа, намереваясь сесть за руль.

– Я должен быть у нотариуса, – сообщил Барнард.

– Подождите, – остановил его Дронго, – я хотел спросить у вас насчет Сильвии.

– Что? – не понял Барнард. – Что вы хотите спросить?

– Она умерла в Нью-Йорке во время операции?

– Я бы не хотел говорить на эту тему. Сильвия была любимицей обеих сестер. Единственная девочка в семье. Они очень тяжело переживали эту потерю.

– Понимаю. Где жила Сильвия, когда приехала в Нью-Йорк?

– Обычно она останавливалась в отеле. А почему вы спрашиваете?

– Где она обычно жила?

– В Лондоне. Извините, но я тороплюсь.

– Ее дневник, – сказал Дронго. – Агнесса и ее друг специально прилетали сюда, чтобы найти ее дневник. Вы не знаете, где мог быть ее дневник?

Барнард замешкался. Только на секунду. Но замешкался. Затем сел в джип.

– Не нужно затрагивать эту тему, – попросил он, – я же вам все объяснил. Извините меня. – Он тронулся, выезжая на дорожку, ведущую к воротам.

Дронго пошел к дому. Он еще не успел войти в дом, когда увидел спешившую к нему горничную.

– Извините меня, – несмело сказала Хуанита, – вам звонили.

– Мне? – удивился Дронго. – Кто мог звонить?

– Не знаю. Позвонила женщина. К нам на кухню. Она сказала, что ждет вас в поселке. Прямо сейчас. У нее очень важное дело к вам.

– Не может быть. Как она сказала?

– Она сказала передать господину Дронго, что она будет ждать вас в поселке. У входа в собор. Сегодня в полдень.

– И она не назвала своего имени?

– Нет, господин Дронго. – У Хуаниты было виноватое выражение лица.

– Она живет в поселке? Кто это может быть? – спросил Дронго.

– Не знаю. Я никогда не слышала этого голоса.

– Вы знаете всех женщин, живущих в поселке?

– Да, – кивнула Хуанита, – но это не местная. Я бы сразу узнала. Так говорят только англичанки, приехавшие со своего острова.

Она знала, что Англия находится на острове. Это уже был большой прогресс.