Сэйр сдвинул брови.

— У него что же, нет защиты?

— Есть, конечно. И очень хорошая, как и положено племяннику Венцита Торентского. Но ведь можно очень много узнать о тренировке и ментальной практике по поверхностному рисунку защитных полей. Я думаю, если он попытается как-то воздействовать на Пэйна или Рори, это мгновенно обнаружится. В любом случае, я взяла на себя смелость ввести в сознание обоих мальчиков несколько блокировок, — ну, просто для безопасности. Если он попробует сделать что-нибудь кроме простого прочтения намерений, они тут же прибегут прямиком ко мне.

Арилан одобрительно кивнул. Мерауд переместила малышку от одной груди к другой и вздохнула.

— Что ж, это утешает, — сказала она. — Ты не думаешь, что такую же меру предосторожности следует предпринять и в отношении Конала?

— Это как раз следующая тема обсуждения, — сказал Нигель. — Если никто не возражает, я бы хотел, чтобы впредь Конал присутствовал на наших совещаниях, раз уж он будет здесь все лето. Ему полезно чувствовать ответственность.

— Но с определенными ограничениями, — сухо заметил Арилан.

— Разумеется. Риченда, ты с этим справишься?

Риченда задумчиво склонила голову набок.

— Да, конечно. Это, конечно, несколько более сложное дело, чем работать с мальчиками, но он, похоже, мне доверяет… и я знаю, как он очарован нашими силами. Перспектива участия в обсуждении наших намерений сделает его очень сговорчивым. Полагаю, это нужно наладить поскорее?

— Да, пожалуйста. Я раньше не подумал об этом, но его, пожалуй, рассердило то, что мы сегодня его не пригласили… хотя я уверен, что он должен был слишком устать после целого дня верховой езды. Он говорил, что намерен отправиться прямиком в постель.

— Я займусь этим завтра или чуть позже, — сказала Риченда. — Пусть сегодня отдохнет. Какие еще есть вопросы, милорд?

— На следующей недели прибудут делегации купцов, — ответил Нигель. — Я не думаю, что тут могут возникнуть какие-то проблемы, но мне бы хотелось обсудить, как нам вести себя с этими представителями, до того, как будут отправлены ответные письма Келсону. Думаю, можно сделать это завтра. А заодно мне бы хотелось написать ему, как дела у Джеханы. Вот только что я могу сказать? Я вижу свою дорогую родственницу только на мессе!

Риченда пожала плечами.

— Боюсь, в другое время ты ее и не увидишь, — ну, разве что известие о прибытии монахинь заставит ее выйти из бездействия и отправиться на разведку. Если она не занята медитацией в уединении, она проводит время со своим капелланом и сестрой Сесиль. Но боюсь, леди из монастыря святой Бригитты едва ли проявят к ней симпатию. Мне бы не хотелось совать нос в чужие дела, но… но я подозреваю, что там есть и другие Дерини, кроме Росаны.

Сэйр присвистнул и перекрестился прежде, чем успел осознать, что он делает, а потом смущенно посмотрел на Риченду и Арилана.

— Извините… Просто мне странно слышать, что Дерини так много.

— Ни к чему извиняться, милорд, — рассмеялась Риченда. — Нужно время, чтобы избавиться от старых привычек. А ты держишься совсем неплохо для человека, который еще несколько месяцев назад вообще не сталкивался с этими проклятыми Дерини.

— Ну, ты уж прояви терпение, милая. Я над этим работаю.

— Я тоже, Сэйр, — сказал Нигель, и позволил себе хихикнуть в ответ на обиженный взгляд Арилана. — Ну, если мы закончили утешать друг друга, мне бы хотелось довести совещание до конца, пока еще не слишком поздно. Кстати, Риченда, я намерен подготовить наши письма к отправке послезавтра, так что тебе до тех пор нужно отыскать местоположение Моргана.

— Завтра вечером, — пообещала Риченда. — Можете присутствовать, если хотите. А потом, в течение одного-двух дней, я постараюсь поговорить наедине с твоим сыном.

Сын Нигеля тем временем вовсе не отдыхал, как предполагали его отец и остальные участники совещания. Выслушав утром похвалы за отлично выполненное задание, Конал собрался на давно назначенную встречу. Его преданный оруженосец мирно спал на своей постели в ногах кровати хозяина, приведенный в это состояние немалой дозой сильного успокоительного, всыпанного в вино, которое он пил, а его принц — нет.

Конал осторожно склонился над спящим парнишкой и двумя пальцами прикоснулся к его горлу — пульс был сильным, ровным и медленным; принц выпрямился с довольной улыбкой и надел темный плащ с капюшоном. Вскоре он уже спускался по лестнице башни, а потом миновал коридор и остановился возле одной из дверей.

Эта комната принадлежала Келсону, когда он был наследным принцем. Теперь в ней жил Дугал. Коналу очень хотелось, чтобы эта комната стала его. Дверь была заперта, но у Конала имелся ключ. Он плавно повернулся в замке, дверь бесшумно открылась, и Конал проскользнул внутрь, закрыв за собой дверь и заперев ее.