Борн и Фаид аль-Сауд уже давно были знакомы друг с другом. Один раз им пришлось поработать вместе в Исландии.

– До меня доходили слухи, что саудовские спецслужбы охотятся на Фади, хотя сами они это с жаром отрицали.

– Фади – саудовец, – совершенно серьезно ответил Фаид аль-Сауд. – Он наша головная боль.

– Ты хочешь сказать, он ваш позор, – поправил его Борн. – Боюсь, теперь Фади стал уже головной болью всего мира.

Он открыл своему другу, кто на самом деле скрывается под именем Фади, а также вкратце рассказал про то, что этот человек задумал вместе со своим братом Каримом аль-Джамилем, включая внедрение в ЦРУ.

– Наверное, ты полагаешь, что наконец вышел на главный лагерь «Дуджи», – закончил Борн. – Смею тебя заверить, что на самом деле это не так. Где-то здесь спрятан ядерный центр, в котором происходит обогащение урана. Этот уран используется для создания ядерного устройства, которое террористы собираются взорвать в одном из крупных городов Соединенных Штатов.

Фаид аль-Сауд кивнул:

– Теперь все становится на свои места.

Развернувшись, он протянул Борну топографическую карту, чтобы тот сориентировался на местности. Затем глава саудовской разведки показал снимки, полученные с разведывательного спутника.

– Они были сделаны на прошлой неделе, с разницей в две минуты, – объяснил он. – Обрати внимание, что на первом Миран-Шах изображен таким, каким мы видим его сейчас, – голым, пустынным. Но здесь, на втором снимке, отчетливо видны два джипа. Они направляются приблизительно на северо-запад. Теперь что мы видим на третьем снимке? Миран-Шах снова голый и пустынный. Ни людей, ни машин. Куда они могли пропасть за две минуты? Они точно не могли покинуть пределы поля наблюдения спутника. – Фаид аль-Сауд откинулся назад. – Если добавить к этому то, что ты сейчас сообщил, к какому мы придем выводу?

– Ядерный центр «Дуджи» находится под землей, – сказал Борн.

– Другого объяснения быть не может. Мы следили за переговорами террористов. Откуда они велись, мы не имели понятия – до настоящего времени. Сигналы исходят из-под скал и песка. Что самое любопытное, мы зафиксировали только исходящие сигналы. За те три часа, что мы провели здесь, никаких сообщений из внешнего мира сюда не приходило.

– Сколько у тебя здесь человек? – спросил Борн.

– Со мной двенадцать. Как ты уже выяснил, нам пришлось изображать из себя боевиков «Дуджи». Это Северный Вазиристан, самая консервативная область Северо-западной пограничной провинции Пакистана. Местные пуштунские племена имеют тесные религиозные и этнические связи с «Талибаном»; вот почему они с распростертыми объятиями встречают и «Аль-Каиду», и «Дуджу». Я не смог провести сюда больше своих людей, не вызывая ненужных вопросов.

В это мгновение человек с наушниками вырвал из блокнота листок, на котором лихорадочно делал пометки, и протянул его командиру.

– Где-то на пути распространения сигналов есть скала, а может быть, им мешает свинцовый экран центра. – Быстро пробежав взглядом листок, Фаид аль-Сауд протянул его Борну: – Думаю, тебе нужно ознакомиться с этим.

Борн прочитал фразы, написанные по-арабски.

Линдрос и Катя бежали по лабиринту современных катакомб, спрятанных под Миран-Шахом. Из громкоговорителей, развешенных вдоль стен, звучал громкий сигнал тревоги. Сигнал зазвучал, когда впереди уже показался выход, и тотчас же Линдрос развернулся в противоположную сторону. Теперь они уходили в глубь центра.

По обрывкам услышанных разговоров и своим собственным наблюдениям Линдрос определил, что подземный центр располагается на двух уровнях. На верхнем находятся жилые помещения, кухня, пункт связи и тому подобное. Здесь же расположен лазарет. Однако хирургический кабинет, где доктор Андурский изменил лицо Карима и пересадил ему правый глаз Линдроса, был расположен внизу, вместе с лабораториями: огромной центрифугой, где обогащенный уран концентрировался еще больше, лабораторией ядерного деления и другими.

– Наш побег обнаружен, – сказала Катя. – Что дальше?

– Переходим к плану «Б», – ответил Линдрос. – Нам нужно попасть в центр связи.

– Но это же в противоположном конце от входа, – заметила Катя. – Так нам ни за что не удастся вырваться отсюда.

Забежав за угол, они оказались в длинном коридоре, который проходил через хребет центра. Здесь всё: помещения, коридоры, лестничные клетки, лифты – было непомерно огромных размеров. В целом громадный центр наводил ужас, словно он был создан не для людей, а для полчища машин. Человеческим существам здесь не было места.

– В первую очередь нужно думать о том, как остаться в живых, и лишь затем о том, как выбраться отсюда, – возразил Линдрос. – А это значит, надо дать знать моим друзьям, где мы находимся.

Несмотря на возбуждение, он перешел с бега на быстрый шаг. Ему совсем не нравился этот бесконечно длинный коридор, уходящий вдаль. Если их здесь обнаружат, бежать будет некуда, спрятаться тут тоже невозможно.

И тотчас же его худшие опасения сбылись: в противоположном конце коридора появились двое охранников. Увидев беглецов, они схватились за оружие. Один осторожно двинулся вперед, второй остался сзади, прикрывая его, направив на добычу автоматическую винтовку.