«Тьфу, надо бросать курить!» - я раздавила окурок в пепельнице, бросила в рот дольку лимона, чтобы как-то отбить противный табачный привкус.

Самое смешное, что мы оба в начале пятого курса попали в знакомую всем до боли ситуацию. Подружка Андрея забеременела, ну, и я, решив, наконец, покончить с девственностью, тоже оказалась в интересном положении. И Андрей, и мой будущий муж – Олег, оказались порядочными мальчиками, а по-другому в те годы и быть не могло. И потому к моменту получения диплома и я, и Андрей были супругами людей, с которыми кроме общего ребёнка нас ничего не связывало. А дальше началась перестройка, и жизнь стала нас ломать через колено. И мой муж, и Андрей ринулись в бизнес, не имея никакого понятия в нём. Я не знаю, как всё было у Андрея, а вот у моего мужа поначалу дела пошли совсем не плохо. Меня вполне устраивало то, что мне не приходилось работать, что мой муж приносил домой очень хорошие деньги, и меня никак не заботило (молодая дура!) – каким образом эти деньги ему доставались. А когда Олег привёз меня и маленького Андрюшу в шикарную квартиру, то я вообще забыла, где и в какой стране я нахожусь. Меня только смущали не очень добрые лица компаньонов моего Олега, и немного коробила их манера поведения, и их речь. Я вообще не понимала, о чём они говорят, и на каком языке, хотя все они были русскими. Олег только смеялся, и уводил меня с ребёнком в дальнюю комнату, когда приезжали его партнёры и начинались их непонятные беседы.

Всё кончилось, когда одной морозной январской ночью позвонили в нашу массивную дверь, и я, кое-как справившись со всеми навороченными замками, её открыла, и увидала на пороге милицию. Усталый человек в штатском монотонно и заученно, таким же уставшим голосом, поведал мне страшную новость. Труп моего мужа - «Вам необходимо поехать с нами, чтобы провести опознание. При нём были документы, но так положено» - обнаружен в соседнем дворе. Черепно-мозговая травма не совместимая с жизнью. Потом следователь мне рассказал, что Олега сбили с ног, долго пинали, а потом ударили трубой по голове, и что он смог бы выжить, если бы кто-нибудь сразу вызвал «скорую помощь». Но в четырёх девятиэтажных домах окружавших двор не нашлось смелого человека, хотя шума драки нельзя было не слышать. И только пьяный забулдыга, возвращавшийся домой, обнаружив тело, забил тревогу, но было уже поздно.

Я вздрогнула, вспомнив помещение городского морга, куда меня привезли ночью. Липкие оцинкованные столы и тела, покрытые простынями. Лицо Олега было чистым, все удары, кроме рокового, пришлись по телу – он был у меня высокий и крепкий мальчик, и мог постоять за себя. Его было трудно сбить с ног, но когда это всё-таки произошло, эти звери оторвались по полной, и какая-то мразь в конце ударила Олега по затылку железной трубой. Буквально на следующий день после похорон ко мне пришли компаньоны мужа и потребовали деньги, которые якобы он им остался должен. Они назвали его «крысой» и дали мне месяц сроку. Я продала квартиру, машину и только что купленный загородный дом, а сама перебралась к матери. Компаньоны, получив деньги, сказали, что это не вся сумма, но, видя при каждой нашей встрече перед собой двух запуганных на смерть женщин с ребёнком на руках, в конце концов, отстали. «Хорошо, что ты от нас не бегала – мы пробили, у него больше нет ничего, отдыхай» - а я почти полгода не могла выходить на улицу, всё казалось, что за мной следят…

– Вот адрес твоего дружка, - Илья вошёл в кабинет и протянул мне лист бумаги, - А куда все делись?

– Палыч есть захотел. Спасибо, Илюша. Ты уже не сердишься? – я поднялась с кресла, и, не обращая внимание на протянутый листок, подошла к господину адвокату и обняла его. Без туфель я всего на полголовы была его выше.

– Тая, не надо меня провоцировать, - Илья легонько отодвинул меня и сел в кресло, - Лучше скажи – зачем тебе понадобился этот неудачник.

– Ностальгия замучила, - я села Илье на колени и ослабила узел его галстука, - воспоминания вот нахлынули. Захотелось сделать доброе дело – помочь человеку.

– Таисья! Я прошу! – Илья попытался столкнуть меня, - Что за манера приставать там, где не надо!

– Скучный вы, господин адвокат! – я встала, и босыми ногами прошлёпала в туалет, - Нет в вас романтизма!

В туалете я решила посикать, и когда промокала свою выбритую пипку салфеткой, пальцы сами нащупали возбуждённый клитор – «Только вот заняться мастурбаций мне сейчас и не хватало! Совсем рехнулась, баба! Бизнес-вумен, блядь! Как институтка ночью под одеялом, тьфу!». Я со злостью натянула трусики и джинсы, прошлась дезодорантом, прополоскала рот освежающей жидкостью – «Ну, уж сегодня то я не останусь ночью без мужчины. Берегитесь, господин адвокат». Пока я критически разглядывала себя в зеркале, было слышно, как вернулись Палыч с Ленкой. Шуршали разворачиваемые пакеты, слышался звон бутылок – все трое о чём-то весело болтали. Я поправила чашечки бюстгальтера, одёрнула тишотку и вышла к людям.

– О чём смех?

– Да, Сергей Палыч бородатые анекдоты рассказывает, - хихикала Ленка.

– У него две «коронки»: банный и про двух продавцов, - я уселась в своё кресло, - Ну, чем вы нас кормить будете?

– Да вот салатики, мясо заливное, курочка-грилль, бутербродики с икрой, - Палыч как заботливая хозяйка расставлял покупки на столе, - и ещё минералочки купил.

– С такой закуской водку надо пить!

– А я и бутылочку «Абсолюта» прихватил, - вид коммерческого излучал сытое удовольствие старого выпивохи.

– Поставь её пока в холодильник. Нам надо ещё дела решить, - и я вопросительно посмотрела на Илью, - что там по убийству?

– Я не знаю, с какого бока там может быть твой знакомый…

– Наш общий знакомый, Ильюша. Ты тоже его очень хорошо знаешь.

– Пусть «общий»! Но там всё предельно ясно. Бомжовская разборка. Вот ведь всегда только о «бандитских» слышал, а оказывается и такие есть, - Илья пренебрежительно хмыкнул. Он взял с тарелки бутерброд с икрой, и стал аппетитно есть. Палыч тем временем разлил остатки коньяка по рюмкам и с нетерпением на нас поглядывал.

– Значит, милиция никого не ищет?
– я разломила курицу, и протянула ножку Ленке, а вторую взяла себе, я вдруг почувствовала зверский голод, - так надо тебя понимать.

– И искать не будут! – Илья принялся за заливное мясо. Я всегда с удовольствием смотрела, как он вкусно ест. Особенно его пробивало после секса. Субтильный еврей мог слона съесть, наверное. «На такой бабе как ты, Тая, очень много калорий теряешь», - говорил Ильюша, когда я заставала его ночью голого у холодильника.

– Ну, господа, давайте же выпьем, а? – Палыч с мольбой в голосе обратился к нам. Нам ничего другого не оставалось, как внять его просьбе.